Книга Московский детектив, страница 77 – Татьяна Устинова, Татьяна Гармаш-Роффе, Марина Крамер, и др.

— Да, – немного растерянно сказала Варвара.

— И врачей тебе рекомендовали. Генетиков, специалистов по крови, генной инженерии.

— Но он…

— Да, ты говорила. Он не хотел ходить к врачам. Хотя мне трудно себе представить, как, к примеру, пятилетний ребенок может этому воспротивиться. Но дело прошлое. Проехали.

— Вот не пойму я, зачем ты все это мне говоришь? Тебя попросили помочь в конкретном вопросе. Ты что, воспитать меня заодно решила?

— Придется ответить тебе вопросом на вопрос. Варя, ты не думаешь, что в специальные медицинские, пожизненные учреждения людей устраивают завхозы или охранники? Это делают медики, а они должны знать историю вопроса. Такие специалисты. И другое: речь в твоей просьбе идет о лишении собственности полноценного гражданина, дееспособного, по веским или отсутствующим основаниям. Все это должно соответствовать закону. Надеюсь, ты не против?

— Ладно. Поняла. Что еще?

Сергей взглянул на часы и поднялся:

— А теперь, если не возражаете, я изложу свой анализ, покажу экспертные заключения и дам прогноз.

— Сразу скажите, сколько я вам должна? – оживилась Варя. – Чтобы мне приготовиться.

— Непременно. После деловой части. Итак. Мы имеем диагноз при рождении, рекомендации врачей, четкие указания о допустимых и недопустимых препаратах. В принципе, нужную информацию без особого труда можно было получить и без генетиков и специалистов по крови. Просто в библиотеке, сейчас в интернете. Вот заключения школьных врачей. Резкие ухудшения здоровья зафиксированы в старших классах. Вы объясняли это его склонностью к гемофилии и ссылались на консультации у специалистов. Для школы этого было достаточно. Парень вырос, поступил в институт, стал работать. Все говорят о том, что плохо себя чувствовал он постоянно. И, наконец, выброс болотного газа под вашим домом спровоцировал тяжелое состояние. Именно оно и стало поводом для вашей идеи с «санаторием», точнее, домом инвалидов.

— Я…

— Да, прошу не прерывать. Вы хотите купить достойный дом инвалидов, которому Игорь до конца дней отдавал бы свою немаленькую зарплату. А вы собираетесь продать эту квартиру. Вы ведь единственный собственник?

— Да.

— Это снимок препаратов, которые вы на протяжении жизни давали сыну. Это один из рецептов, он тоже оказался в вашей аптечке, и Анна его сфотографировала. Так удалось найти людей, которые вам это выписывали. Вот заключения экспертов по поводу этих лекарств. Они все из списка препаратов, запрещенных для людей с гемофилией. Все разжижают кровь, есть группа кардиотоксинов, которые в определенных дозах могут привести к летальному исходу. Вы хорошо и давно готовились к свободе, Варвара Березовская. Я – частный детектив. Но когда я передам эти материалы официальному следствию, уголовное дело будет возбуждено мгновенно. Статьи – сознательное доведение здоровья до ухудшения, покушение на убийство. Налицо сговор и сообщники.

— Ах ты ж тварь! – Варвара рванулась к Ане, но Сергей сжал ее запястья пальцами, как наручниками. Помогло мгновенно.

— Дослушай его, Варя, – спокойно сказала Аня. – Он сейчас назовет цену.

— Вы можете воспользоваться сказочным благородством своей соседки и редким пофигизмом собственного сына, которому ни к чему сидеть в зале суда и смотреть на мамашу в клетке. Наша цена, можно сказать, ни о чем. Мы поступаемся своими принципами. Даже даем обет молчания на определенных условиях. Материалы, разумеется, я сохраню, прекрасно отдавая себе отчет, с кем имею дело. А цена – свобода, Болгария, мужья, бездетность и безоблачное счастье без забот. Собираете все документы – ваши и Игоря – и едем к нотариусу. Вы пишете дарственную на недвижимость и имущество на своего единственного сына, отказываетесь даже от регистрации. И летите впереди собственного счастливого визга, пока я не передумал. Я вообще-то рыцарь закона. Подходит такой вариант сделки?