Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 126 – Сергей Изуграфов

— Нет, – не задумываясь помотал головой повар. – Только работники таверны. Все свои, как всегда. Посторонним на мою кухню вход закрыт. Хотя, постойте… Приходил англичанин Джеймс Бэрроу. Около полудня. Меня не было, была Василика. Поэтому я не сразу вспомнил.

— Ясно, – кивнул Алекс. – Про Бэрроу я в курсе… Второй вопрос: кто отвечал за выпечку?

— Василика и отвечала, – немедленно встревожился повар. – А что не так с выпечкой? Я, когда вернулся, был рядом постоянно, проверял и пробовал все, что было приготовлено. Василика – отличный повар и кондитер великолепный, у меня к ней нет претензий!

— Хорошо, тогда третий вопрос: где вы взяли рецепт, по которыми выпекли такой потрясающий бармбрэк? И где этот рецепт сейчас?

— Так вот он, – пожал плечами Петрос, достал из верхнего кармана кителя вчетверо сложенный листок формата А4 и протянул Смолеву. – Пожалуйста! Этот рецепт и принес ваш гость, англичанин. Сказал, что жена просила передать этот листок на кухню. Готовили все строго по нему. Испекли тридцать кексов, брусками по полтора килограмма, не меняя в рецепте ни строчки. Кстати сказать, осталось всего два кекса, остальные все съедены гостями. И никто, как вы правильно сказали, не отравился! А почему вы спрашиваете?

Смолев развернул лист, внимательно рассмотрел его и затем прочел уже знакомый текст, бормоча что-то себе под нос. Вытянув шею и прислушавшись, Антонидис расслышал нечто вроде: «так, так, дрожжи, сахар, молоко, орехи, масло, любопытно…»

— Пока ничего не могу сказать, Петрос, сперва мне нужно выяснить одну неожиданно возникшую у меня буквально час назад гипотезу, которая, будь она правдой, многое бы прояснила по поводу случившегося, – покачав головой, задумчиво ответил Смолев. – Но пока я хочу попросить вас о следующем: скоро явится новый начальник криминальной полиции инспектор Полихронидис. Допускаю, что он захочет лично побеседовать с вами. Если это случится, вы говорите ему только правду. Отвечаете на все вопросы. Ничего не скрываете. Но отвечаете ему, по возможности, кратко, в идеале – односложно.

— В смысле, да или нет? – уточнил повар.

— Вот именно! Будем достойны великих воинов Спарты с их лаконичностью. И отвечаем только о себе, своей кухне и своих сотрудниках. Исключительно. Это понятно?

— Да, босс, – с довольной улыбкой кивнул Петрос, – Нет проблем, босс!

— Отлично! – радуясь, что повар его понял, ответил Смолев. – Тогда я вас более не задерживаю, можете заниматься своими делами. Рыжая, – и ты тоже! Если ты мне понадобишься, я позвоню. Только скажи мне, пожалуйста, ты не знаешь, на ресепшн в принтере уже заменили картридж? Катерина жаловалась, что принтер толком не печатает: выдает посреди листа белую полосу.

— Заказали, на днях привезут, – поменяем. А что, дядя Саша? – недоуменно спросила управляющая, удивленная такой резкой сменой темы разговора и перейдя на русский язык, как всегда делала, когда разговор становился слишком деликатным и не предназначался для чужих ушей: – И чего ты в такие мелкие технические вопросы стал вдруг вдаваться? Не волнуйся, мы с заменой картриджа уж и сами как-нибудь справимся. За нашу-то зарплату.

— Ладно, ладно, Рыжая, – примирительно улыбнулся Смолев. – Никто никого не хотел обидеть. Потом все объясню! Все, свободна!