Книга Эра скорпиона. Том 2, страница 78 – Тальяна Орлова, Егор Серебрянский

К сожалению, его пока не было, а мы молчать уже не могли. Руперта прорвало первым:

— Вы поняли, что происходит? Поняли же, да?

Мы с Кеем по очереди кивнули, опасаясь говорить вслух при посторонней. Правда, я не удержалась и добавила:

— Есть резон собирать не один отряд, а сразу два или три. Не навредит ли нам такая конкуренция?

И вдруг Лодушка сама подала голос:

— Что вы там поняли? Что теперь министерство оставит не восемь человек, а всех, кто окажется достойным? Или что к каждому из нас теперь станут относиться бережнее?

Мы ошарашенно уставились на нее. Мой брат уточнил:

— Ты тоже об этом знала?

— Конечно, — она вновь говорила как вполне вменяемый человек. — И немного удивлена, что и вы в курсе. «Шаловливые ручки» Верней обыскал кабинет Гельта в первый же день нашего появления в академии. Аш был прекрасным организатором и распознавал таланты.

Я поморщилась. Мне все еще претило, что она в добром ключе отзывается о своем многолетнем мучителе. Или то, чем стала ее бедная истерзанная душа, тоже называется «распознаванием таланта»? Но теперь стало яснее, почему Лодушка так планомерно вела борьбу за набор очков перед начальством.

Я не стала зацикливаться на том, чего не понимаю, и полюбопытствовала:

— Тот Верней, которому ты недавно ребра в столовой ломала?

— Тот, — без труда признала она. — Тоже талант и мой достойный заместитель. Вот только вы вообще не улавливаете сути, как удерживаются такие структуры. Когда меня насильно изъяли из банды, Верней принялся менять порядки. Исключил какую-то крысу за воровство у своих — не перерезал горло, а выгнал. Я обязана была показать ему, что он не вправе принимать такие решения, а раз уж принял, то должен был сделать так, как сделала бы я. Пришлось напомнить ему, что без разницы, в какой комнате я живу — пусть не расслабляется.

— И поэтому ты так взбеленилась из-за победы Мины, — догадался Кей. — Любая твоя слабость будто делает ежовые рукавицы мягче, и, не ровен час, шакалы забудут, кого бояться. А вот Верней по твоему отзыву мне кажется более порядочным парнем.

— Банды не крепнут от порядочности, сосунок, — свысока поправила та, кто была всего лишь на пять лет старше Кея. — Вы до этого еще не доросли. Чтобы никто не смел посягать на твою власть, каждый должен считать тебя совершенно непредсказуемым. Хоть раз дрогнет рука — и уже завтра в тебя вцепится стая. Аш знал в этом толк, он любого мог приручить.

Мы переглянулись, вновь, не сговариваясь, обходя скользкую тему. Тогда Лодушка продолжила:

— Оцените, я делюсь с вами информацией. Теперь ваша очередь. Ваша компашка точно что-то скрывает. К примеру, я хорошо помню, какой Мина пришла в первую казарму. А сейчас она едва ли не сильнейшая. Я знаю на своем опыте, как становятся сильнее, но что-то сомневаюсь, что братец круглосуточно истязает тебя в каких-нибудь подвалах. Он для этого слишком жалок. Расскажите, раз мы теперь такие добрые соседи!

— Расскажем, — пообещал Кей. — Потом, когда действительно станем друзьями. И как много людей знало о прошлом приказе министерства?

— Сколько бы ни знало, сейчас это уже не имеет значения. Хотя подожди-ка — Лодушка тихо рассмеялась. — Конечно же, имеет. Все, кто со мной знаком, понимают, что в любом случае останутся лишь те, кого я лично одобрю. И что мне срать на то, что думает об этом ваше гребучее министерство. Чего ты морду скорчила, барышня благородная? Не нравлюсь? Так и я от тебя не в восторге. Я таких холеных, с кого папаша с мамашей пылинки сдували, за версту чую и давлю, как тараканов.