Книга Волшебница по привычке, страница 87 – Валентина Савенко

Я дернулась, Дамиан поймал меня в объятия, отрицательно покачал головой.

— Что за шелест? – тут же с подозрением спросил лорд Юдеирн.

— Мыши, – беззаботно успокоил лорд Невлин.

А две мыши в шкафу затаили дыхание.

— Ты уверен насчет тех мальчишек? – Снова послышался стук стекла и звук льющейся жидкости. – Запрет выпускать ловцов, полностью не взявших под контроль силу, не просто так появился.

— Брайс, однако, вполне хорошо себя чувствует. А он именно такой, как те мальчишки. Ловец, не полностью контролирующий силу, – скептически заметил главный ловец. – За пять лет его уже давно захватил бы сумеречник. Если бы сумеречники представляли опасность для ловцов, не полностью контролирующих силу.

Сумеречники и представляют! Это я как сумеречник говорю.

— То, что записано в закрытой части устава цитадели, – продолжал Юдеирн, – перестраховка.

— У него был артефакт. К тому же Брайс, к сожалению, чертовски осторожен, – не согласился Невлин.

— Именно из-за его осторожности мы никак не можем получить ведьму в Совет, – задумчиво протянул лорд ловец.

Все правильно. Им очень нужна мать Дамиана в Совете магов. Хоть и ведьма, но очень «удобная» в том плане, что два голоса ее семьи будут голосовать так, как нужно им. Но что за странная формулировка про ведьму в Совете? Почему не леди Брайс?

— Может, стоило сказать Брайсу? – предложил Невлин.

Скрипнули ножки кресла о пол, послышались шаги: лорд подошел к окну.

— И мы бы получили в Совете его сестру, – хмыкнул ловец. – Тебе мало перепалок с одним Брайсом?

— Но все же жаль будет потерять сильного ловца, – пробормотал родитель. – Хоть он и тот еще гвоздь в ботинке.

— Проникся чувствами к будущему зятю? – усмехнулся лорд-ловец.

— К его упрямству, – отрезал Невлин. – По поводу зятя – спасибо тебе, добрый друг, что вытащил мою дочь, – процедил он сквозь зубы. – Ты так натурально делал вид, что узнал, кто она, только в замке Брайса! Ты молчал почти десять лет!

А вот это любопытно. Почему лорд-ловец молчал столько лет и вдруг решил забросить меня к Дамиану?

— Твоя дочь нам понадобится, я говорил, – невозмутимо, с легким раздражением ответил ловец. – Твои силы не совсем то, что нам нужно, мой дорогой волшебник под печатью. На сумеречника можно не рассчитывать. Остается только она.

Я чуть лбом о дверцу не стукнулась от неожиданности. Да что, хаос побери, тут происходит? Главный ловец в курсе того, что мой родитель – «дефектный» волшебник под печатью с частью возможностей. Более того, в курсе, кто я. И я им зачем-то нужна. Точнее, не зачем-то, а чтобы напомнить всем, для чего нужны ловцы? Чтобы бороться с сумеречниками. Чтобы все снова «падали ниц» перед ловцами. А то бояться-то их боятся, но совсем не так, как после войны. Если вернуть то чувство народу, тут недолго и королю намекнуть, что и кроме него есть кое-кто с силой… А раз первого монстра решили устранить тихо, роль монстра уготовили мне? А папаша ничуть не против.

Вот это семейные чувства!

— Зря ты тех парнишек послал, – добавил родитель с сомнением.

Какая забота о чужих детях. Прямо на слезу пробивает.

— Стареешь, – рассмеялся главный ловец. Послышался стук стакана, поставленного на стол. – Так недолго и свою дочь в семью принять? – подколол он.

— Не раньше, чем ты вытащишь своих сыновей, – отозвался родитель. – Сколько их там у тебя? Двое? Трое? Ах нет, вспомнил: четверо. Все от разных матерей, в разных концах света. Как там твои бывшие, не догадались, что ты у нас такой шустрый? Не повторилась история из Фелисиды? Та леди из снежного королевства, помнится, очень хотела за тебя замуж.