Книга В объятиях Шиммерита, страница 29 – Катерина Кант

— Я ждала вас. — Мой голос прозвучал робко, и в нём проскользнули настороженные нотки.

— Ждала, — протянул он, с ленивой, насмешливой интонацией. — Значит, не такая уж ты и послушная, как кажешься. Или, может быть, тебе нравится бояться?

Деймен усмехнулся, скинул тунику на пол и медленно подошёл ко мне, как зверь, который не торопится. Я смотрела на его шрамы, на его мышцы, на чёрные вены, пульсирующие на руках, и не могла отвести взгляд, хотя хотелось закрыть глаза и спрятаться, стать незаметной.

— Боишься? — спросил он, останавливаясь в шаге от меня, и его карие глаза блеснули в полумраке.

— Да, — я не стала врать, в этом не было смысла.

— Хорошо, — протянул он, а его губы изогнулись в опасной, почти сладкой улыбке. — Бойся, мой маленький свет. Мне нравится, когда ты боишься. Мне нравится, как твоё сердце колотится быстрее, когда я рядом.

Он наклонился и коснулся губами моей шеи, и я почувствовала, как по телу разливается жар, смешанный с ужасом.

— Это делает всё более… интересным, — прошептал он. Его дыхание обожгло мою кожу. — Предвкушение, страх, дрожь в твоих руках. Знаешь, я соскучился по этому чувству. По живому человеку рядом. По тому, кто дышит так же часто, как и я.

Он отстранился на мгновение, его глаза скользнули по моему лицу, по губам, по шее.

— Не разочаровывай меня, маленький свет. Бойся, но не убегай. Это единственное, что я тебе запрещаю.

Он снова наклонился, и его губы замерли в дюйме от моей шеи, не касаясь.

— А теперь, — выдохнул он, — я хочу услышать, как ты дышишь.

Маг выпрямился, и я успела выдохнуть, прежде чем он опустился передо мной на колени и взял меня за ногу, приподнимая её, открывая щиколотку, спрятанную под длинным подолом тёплого платья, икру, колено. Его пальцы скользили по моей коже медленно, изучающе, как будто он пробовал меня на вкус.

— Что… что вы делаете? — мой голос сорвался, потому что его горячие губы коснулись моей щиколотки и поднялись выше, оставляя влажный след.

— Лечусь, — ответил он, не поднимая головы, и я почувствовала, как его язык проводит по внутренней стороне моего колена — медленно, чувственно, заставляя меня сжимать ткань одеяла. — Это мой новый способ. Тебе не нравится? Или нравится, но ты боишься в этом признаться?

Я не смогла ответить. Его губы поднимались всё выше, платье задиралось, открывая бедро, и я чувствовала, как его дыхание обжигает кожу, как пальцы сжимают ногу, не давая мне дёрнуться.

Он остановился на мгновение, поднял голову и пристально посмотрел мне в глаза, насмешливо, собственнически.

— Какая ты чувствительная, — в его голосе прозвучало такое откровенное удовольствие, что я вспыхнула до корней волос. — Я ещё ничего не сделал, а ты уже вся дрожишь. Что же будет, когда я начну по-настоящему? Сгоришь? Я смогу тебя растопить?

Он переместился выше, и его рука легла на моё бедро, поглаживая, сжимая.

— Деймен, — выдохнула я, не зная, прошу ли я его остановиться или продолжать.

— Да?

— Я… я не знаю…

— Не знаешь, хочешь ли остановиться? — он усмехнулся. — Или не знаешь, хочешь ли продолжать? Не бойся, моя девочка, я всё решу за тебя. Это моя работа — быть хозяином. А твоя — довериться.

Он поднялся на колени, и его лицо оказалось на одном уровне с моим.

— Это ты потом расскажешь, — он щёлкнул пальцами, и его глаза потемнели, стали почти чёрными. — А сейчас я буду лечиться, и ты мне поможешь. Добровольно или нет — неважно. Важно, что это работает.