Книга Любимая попаданка императора. Книга 2, страница 34 – Нинель Мягкова

— Было дело. — нехотя ответил Рейн, прижимая уши. Он справедливо опасался за их сохранность, после таких-то откровений. Но Эльвира старательно гнала от себя иррациональную ревность. Какой смысл беситься из-за того, что происходило до ее появления здесь? Он здоровый красивый мужчина с нормальными потребностями. С другой стороны, приобретённый опыт теперь позволяет ему возносить ее на вершины блаженства. Натренировался, как говорится, на кошках.

— Ну, значит ничего страшного не случится, если я уйду утром. — сонно порадовалась Эльвира, устраиваясь поудобнее в подушках. От мысли, что сейчас ей пришлось бы одеваться — во что? Халат утащили слуги — и плестись обратно в холодную постель ее комнаты, становилось зябко. Все же объятия Рейна куда лучше любого одеяла!

— Ничего не случится, если ты никуда не пойдёшь и завтра. — отрезал император, но ему не ответили. Он поднял голову и заглянул в лицо паре — она спала, трогательно приоткрыв рот. Расслабленное лицо девушки казалось совсем юным, и сердце Рейна стиснула ледяная лапа дурного предчувствия.

— И зачем я тебя только втянул в эту гадость? — пробормотал он, прижимаясь щекой к груди Эльвиры и вслушиваясь в ее ровное, уверенное сердцебиение.

Ему никто не ответил, да он не особо на то и рассчитывал.

Сон долго не шел. Рейн обнимал чудом обретенную пару и мучительно пытался найти выход, при котором ей не придется являться на Совет. Но иначе не доказать причастность сена Хумбера к творящемуся беспределу. Он может приказать арестовать его хоть сейчас, но где доказательства? У императора давно уже нет абсолютной власти, когда он мог казнить и миловать, кого ему вздумается.

А жаль.

Рейн задремал лишь под утро. Забылся неглубоким, тревожным сном, и не чувствовал, как Эльвира осторожно выскользнула из его собственнических объятий.

Девушка на самом деле чувствовала себя неуютно в просторной роскоши императорской спальни. Словно она мошенница и залезла туда не по праву. Все эти снующие туда-сюда слуги, дежурившие у дверей стражи, поджидавшие в прихожей министры… зайти они разумеется не осмеливались, но караулили у самых створок счастливого момента, когда его величество изволит проснуться. При ее появлении все вскинулись, готовясь кланяться, но тут же отвернулись, делая вид, что никого в помещении нет. Подумаешь, еще одна наложница мимо пробегает. Сколько их таких!

Эльвира нервно запахнула халат поплотнее и робко попросила одного из слуг ее проводить. Вчерашних девушек, сопровождавших ее, видно не было.

— Мы проводим. — вмешался один из стражей. — Приказ императора.

Рядом с закутанной в темный плащ фигурой она ощутила себя увереннее. Пусть это не Рейн, но в верности стражей, как он утверждал, сомневаться не приходилось.

И все же выдохнуть и почувствовать себя в безопасности ей удалось только в своей комнатке в гаремном крыле.

За завтраком никто не бросился ее расспрашивать, не улюлюкали и не поддразнивали, хотя Эльвира ожидала всего — от реакции детского сада до жадного любопытства изголодавшихся по мужской ласке женщин. Судя по всему, сенна Робуста сделала всем внушение по поводу приличий. Взглядами, которые бросала в сторону Эльвиры Женезия, можно было бы прожечь металл — но подруга молчала, не смея нарушить прямой приказ распорядительницы гарема.