Книга Дракон… и ее ректор, страница 4 – Нинель Мягкова

Проблема заключалась в так называемом магическом совершеннолетии. Лишенные дара или обладающие зачаточными способностями получали аттестат зрелости и удостоверение личности в восемнадцать. Тогда же им разрешалось вступать в брак, выезжать в одиночестве из города и совершать прочие взрослые сумасбродства. Но у одаренных сильных магов все было не так. Отпустить недоученного огневика в поход? Да он же лес спалит, и всех товарищей заодно. Так что маги получали сертификат магического совершеннолетия по окончании академии, и ни минутой раньше.

Хоть в двадцать один ты ее закончишь, хоть в тридцать пять.

Этим раньше пользовались девицы, не желавшие выходить замуж. Учились до тех пор, пока не начинали считаться перестарками, а после семье ничего не оставалось как разрешить им работать, ибо желающих взять в жены увядающих красавиц не находилось. К счастью, времена, когда женщине приходилось выцарапывать себе свободу, отошли в прошлое. Сейчас никто не мог по закону принудить девицу к замужеству, особенно магичку. Да и родители скорее радовались, когда у дочки находили дар — это же карьерные перспективы, большие деньги…

А то и муж из аристократии!

— И что будете делать? — сочувственно поинтересовалась я у Хагана. Не то чтобы мне было сильно интересно, скорее, из вежливости. Да и поднадоело мне каждую неделю биться над новым, вычищенным до стерильности покойником. Поймали бы уже, облегчили мне жизнь.

Начальник помолчал, но руки от лица убрал и оглядел меня эдак пристально.

Мне это очень не понравилось.

— Ты же у нас дракон? — уточнил он, будто сам не знал.

— Ну да, а что? — проверив на всякий случай надежность заглушки, подтвердила я очевидное.

Драконы за пределы Гардара, их острова, вылетали редко. И уж точно старались не селиться в человеческих мегаполисах. Так что слухов и небывальщин о нас среди людей ходило превеликое множество. Как известно, не знаешь чего-то наверняка — выдумай с умным видом, за истину сойдет. Особенно если возразить некому.

— Значит, можешь принять любой облик? — с нарастающим нездоровым возбуждением вопросил Хаг.

Я вытянула перед собой руку с выставленным пальцем.

Указательным, но намек он понял.

— Слухи о нашей многоликости сильно преувеличены, — занудным тоном престарелого профессора пробубнила я. — Могу сменить черты лица, цвет волос, цвет кожи. Рост, вес, примерные габариты и пол останется неизменными.

— А нам пол и не нужно! — радостно отмахнулся от моего предупреждающего пальца комиссар. — Выдадим тебя за студентку-первокурсницу. Учебный год только начался, толком перезнакомиться они еще не успели. Походишь там, поспрашиваешь, вдруг кто подозрительный попадется.

— С подвалом, в котором хранит трупы и похищенных живых мужчин? — в тон ему продолжила я, и рявкнула:

— Не мели ерунды! Какая из меня первокурсница?! А работать кто будет?

— Так Диксона с пенсии отзовем на недельку-другую, — ухмыльнулся Хаг, радостно и предвкушающе потирая руки. — Отличный же план, признай!

— Это совершенно бредовый план!

Я захлопнула дверь, за которой сидела перепуганная девчушка лет шестнадцати. Летние конопушки на носу и задорные рыжеватые хвостики делали ее похожей на ребенка, а не на первокурсницу Техномагического, поступившую с отличием на артефакторику.