Книга Отборная бабушка, страница 68 – Нинель Мягкова

Я подошла к подпирающему колонну слуге. То ли их оставили следить за подобием порядка, то ли для фиксации происходящего, как дополнительные свидетели.

— Принесите, пожалуйста, бумагу. — попросила я его. Это игрушки просить запретили, а бумага же не игрушка.

— А ручки? — уточнил невозмутимый лакей. Стоявшая неподалёку Лизелла посмотрела на меня, как на сумасшедшую. Наверное, решила, что я детей начну учить писать вотпрямщас.

— Ручек не надо, спасибо. И побольше бумаги, листов двести.

Брови вздёрнулись к линии волос, невозмутимости в лакее поубавилось. Что значит профессионализм — больше ничем он своего удивления не выдал. Развернулся и вышел из зала, чтобы через несколько минут вернуться с пачкой бумаги, перевязанной двумя лентами, крест-накрест — зеленой и синей.

Я даже догадываюсь, кто так тонко пошутил.

— Передайте мою благодарность Его Величеству. — я присела в подобающем реверансе, забрала стопку, прикрякнув от ее увесистости, и направилась к сидящим на полу детям.

Мимо меня, чудом не задев, с воплями и гиканием пронеслась возглавляемая Ортаной ватага. Прижав листы покрепче, чтоб не унесло поднятым ими вихрем, я присела на пол рядом с самым маленьким. Ему от силы было года два. И кто такую кроху притащил на отбор к ненормальным невестам? Хорошо, хоть не затоптали.

— Тебя как зовут? — спросила я, вытаскивая из-под банта верхний лист и складывая его пополам.

— Ливаа. — пискнуло дитя, оказавшееся девочкой.

— Ливара ее зовут. — покровительственно поправил ее сидевший рядом карапуз лет пяти, освоивший уже букву «р» и очень тем гордившийся.

— Скажи, Ливара, ты лягушек любишь? — Я загнула уголки листа, перевернула и снова сложила пополам.

— Нет, я их боюсь. — замотала головой она. Я улыбнулась.

— А если они не настоящие?

— А это как? — заинтересовалась малышка. Остальным тоже стало интересно, вокруг меня быстро образовался круг, едва доходящий мне до плеча.

— А вот так! — я нажала на попу оригамной лягушки, и она послушно скакнула вперёд. И еще. И еще. Дети восторженно захихикали.

— Таких не боюсь! — храбро заявила Ливара, хватая в руки бумажную игрушку.

— Я тоже такую хочу! И я! — наперебой заголосила малышня. Невесты тоже заинтересовались происходящим. Подошла одна из северянок, присела рядом и принялась копировать мои действия. Дело пошло быстрее, и вскоре все дети получили по игрушке. Я вспомнила все, что умела, в ход пошли кораблики, шляпы и журавли. А когда я запустила самолётик, бегающая за Ортаной толпа дружно развернулась к нам. Я даже чуть испугалась. Ну как затопчут?

Обошлось.

Лакеи стояли с каменными лицами, не хуже постовых у Букингемского дворца, и старательно не реагировали на пролетающие мимо лиц самолеты.

Но детей мало было развлечь. Кто бы сомневался. Испытание затянулось до самого вечера. Кто-то попросился в туалет, за ним остальные решили, что им тоже надо. Потом дети хором начали просить воды, потом поесть. Хорошо, хоть нас не совсем заперли в зале, вывести детей до ближайшей уборной разрешили. На этом все. Многие девицы возмущались, что их заставляют возиться с детьми, на что я вполголоса напоминала им, зачем они здесь. Действовало моментально.

Когда первый ребёнок запросил есть, я задумалась. Задача не для слабонервных. Накормить и напоить три десятка разномастных сорванцов, притом так, чтобы они не уделались вдрызг. Местная еда предполагала в основном употребление приборов, и что-то я сомневаюсь, что двух-пятилетние дети из приюта способны орудовать ножами-вилками. Выдать им пирожки или булочки? Не особо здоровая еда. Можно, конечно, но как дополнение к основному блюду.