Книга Снежное искушение, или Зимний бал в замке Драгонфорт, страница 45 – Нинель Мягкова

Заморозка, конечно, могла оказать влияние…

Следом, будто привязанные на веревочке, из недр воронки один за другим появились еще люди. Трое мужчин в форме лакеев и одна горничная.

Грудь сдавил приступ ярости.

Ох уж эта леди Шонесси!

Она что, сначала хотела сына силой вернуть, а потом на клубничку выманивала? Или наоборот?

— Помогай давай! — тем временем пропыхтел дракончик. Он завис под самым мостом, но никак не мог подняться еще выше, чтобы опустить на него драгоценную ношу.

Я заметалась, чуть не уронив ханг в червоточину. Оставила на скале и поспешила к центру моста, на ходу пытаясь сообразить, что делать.

Этот момент мы не предусмотрели.

Как мне одной вытащить эту здоровенную тушу?

Одной рукой намертво вцепившись в опору перил, другой я ухватилась за воротник рубашки — еле дотянулась — и потянула вверх.

Ткань опасно затрещала.

Обидно получится, если мы сейчас оба рухнем обратно. И остальных утянем. Я уже догадалась, что слуги действительно каким-то невероятным образом — метафорической веревочкой — привязаны к Дорманту. И если он сгинет окончательно — сгинут и они.

Ну и я за компанию.

Мимо меня промелькнуло что-то темное.

Неизвестно откуда взявшийся Доннел нырнул вниз чуть ли не по пояс, ухватил брата под мышки и одним рывком выволок на доски.

Слуги, больше похожие на статуи, проплыли по воздуху и зависли над мостом, в полуметре от перил. В отличие от плетеной веревочной конструкции, они не шевелились.

Жутковатое зрелище.

— Давай его отсюда унесем? — предложила я хриплым шепотом. — Фейерверки же закончились. Как бы нас не сожрали.

— Не переживай. Они его не тронут. — странным тоном отозвался лорд.

Я подняла голову и оторопело уставилась на еще одну воронку, на этот раз из духов. Они летели над нами четким строем, словно устраивая авиационный парад в честь вернувшегося в мир живых Дорманта. Но не пикировали и вообще не пытались на нас напасть.

— Они признали его власть. — проскрипел дракончик. — Но не сумели поддерживать в нем жизнь в привычном нам смысле. Хозяин сейчас спит. И если его не разбудить в ближайшее время, умрет.

Ну да, криозаморозка не слишком полезна для организма. Наши ученые, насколько мне известно, еще не научились решать вопрос с лопающимися от холода клетками. Дормант на ощупь был холоднее льда, и как его «растопить» я себе не представляла.

Зато представлял Шонесси.

Окровавленная ладонь Доннела впечаталась прямо в грудь брата.

Туда, где под распахнутой рубашкой когда-то билось сердце.

Царапины, оставленные лапами Крошки, синели тонкими полосками поперек обнаженной кожи. Раздалось шипение, похожее на то, что издает уксус при встрече с содой.

Пена пошла даже похожая. Только алая.

И от места, где смешалась их кровь, по телу Дорманта растекся нормальный розоватый цвет плоти. Он судорожно вздохнул и закашлялся.

Глухие шлепки обозначили падение остальных тел.

— Их тоже нужно размораживать или они сами? — устало уточнил Доннел. Похоже, донорство его изрядно измотало.

Или просто навалился откат после пережитого.

Дракончик бодро ускакал на проверку. Обнюхал каждого из четверых и вернулся с хорошими новостями.

— Сами уже. — радостно отчитался он.

Я и без того видела, что слуги начали шевелиться. А кто повыносливее, с оханьем и кряхтением уже пытались встать на ноги.