Книга Принцесса для советника, страница 7 – Нинель Мягкова

— Не хочу показаться невежливым… снова, но могу ли я увидеть Ваш Знак, принцесса? — с очередным полупоклоном осведомился Нерий.

Хорошая мысль, мне бы тоже на ваши глянуть не помешало, наконец опомнилась Лола. Одно дело догадываться, что перед ней официальная эльфийская делегация, а другое — уехать в ночь неизвестно с кем.

Хорошо, что ее вовремя привели в чувство.

Девушка молча вытащила из расстегнутого ворота меховой жилетки длинную цепь, на которой висел Знак — тонкой работы подвеска, оплетённый золотой лозой янтарь. Камень — принадлежность к семье Янтарных, виноградная лоза — символ ее происхождения по материнской стороне. Королевская семья в Эльвенааре монополизировала рынок вина, производя великое многообразие напитков всевозможных цветов — от белого до темно-фиолетового.

Мать Лолы стала исключением не только в выборе мужа, но и профессии, став третьей целительницей в роду, насчитывавшем более тысячи лет задокументированной истории. До нее целителем был двоюродный прадедушка по материнской линии, а еще раньше — родство было ну очень уж дальним, лет так пятьсот назад, и разбираться в хитросплетениях собственной генеалогии Дайнандре не стала.

Знак эльфийской наследной принцессы представлял собой переплетение лозы вокруг широко распахнутых лепестков мака — символ жизни и смерти, находящихся в ведении лекаря. Перейдя в дом мужа, она отдала брошь на переделку — в центре цветка добавили небольшой шарик янтаря.

Обычно у гномов знаки представляли собой круглые медальоны, на которых в центре размещался камень рода отца, а по краям, мелкой крошкой или небольшими осколками — камни рода матери. Но для Дайнандре, а потом и ее дочери, сделали исключение.

Мастер даже обрадовался — в кои-то веки ему удалось проявить фантазию и талант. Для благородного народа гномы делали знаки на заказ. Тоже не много пространства для полета воображения — совместить цветочные символы отца и матери, на этом все. На цепи свои знаки эльфы не носили, не любили тяжесть на шее. Чаще всего просили сделать брошь, или заколку в волосы.

Так что Знак Лолы на общем фоне выглядел весьма своеобразно, отличаясь и от гномьих, и от эльфийских.

Нерий тщательно изучил извилистое плетение, отпустил несколько комплиментов работе мастера, как положено в такой ситуации, и предъявил свой собственный знак. Правая Длань Правителя предпочёл функциональность — цветок настурции, окружённый такими же округлыми мелкими листочками самшита, «преданность трону и верная служба», — служил застежкой для дорожного плаща. Лоле он особо ничего не сказал, кроме того, что обладатель знака служит трону, и тем же занимались его предки.

Ну, главное, придворный. Не соврал.

Да и ни к чему эльфам врать. Не то воспитание. Это же не люди. Перечитала на ночь страшных сказок, вот и мерещатся везде подвохи.

Лола тряхнула головой, отгоняя глупые подозрения.

Нерий тем временем галантно предложил ей локоть, а телохранители раздвинули ветки кустов, из которых компания попала на поляну. Девушка оперлась о заботливо подставленную конечность, и последовала за эльфом к их лагерю. Она даже догадывалась, где примерно разместилась делегация — достаточно большая лужайка в этом направлении была одна. Там обычно устраивали посиделки с кострами охотники, когда собирались большими группами — для посвящения новичков, например. Лоле тут же вспомнилась ее первая охота, ночевка под открытым небом.