Книга Целительница для генерала-дракона, страница 56 – Нинель Мягкова

Пока что, пожалуй, лучше первое.

— Я внучатая племянница бабы Люны, – выдала заученный текст. – Ее сестра с семьей в городе жила, родители мои умерли, а потом и она, вот я и перебралась в избушку.

— В каком городе? – не успокоился Эмберскейл.

— Да здесь же, в Мадосе. – отмахнулась я.

В свое время пришлось запомнить и имя сестры Люны, но выдавать его чревато. Генерал – не селяне, он ведь пойдет выяснять. И выяснит, что у той ни детей, ни тем более внучек не было отродясь. Так что пора менять тему. И ничего лучше не придумала, чем спросить:

— А расскажите о себе.

— Обо мне? – склонил голову набок дракон.

На его губах заиграла понимающая ухмылочка, которую очень хотелось стереть. Например, видом клизмы.

— О вашем драконе, – безжалостно добавила я, и не без удовольствия пронаблюдала, как легкомысленный огонек из глаз Эмберскейла исчез. А нечего тут заигрывать! – Мне же нужна картина заболевания, а делать нам в ближайшие дни все равно нечего. Вот и рассказывайте – когда впервые обратились, были ли проблемы, посещали ли целителя и с какими вопросами…

— Прямо все тебе расскажи! – хохотнул генерал.

Бедняга. Он еще не понял, куда себя загнал.

— Именно. Все. Подробно и в деталях, – подтвердила я невозмутимо. И вытащила из котомки потрепанную книжицу, в которую записывала рецепты и советы Люны, и огрызок карандаша. – Итак. Когда у драконов обычно случается первый оборот? Точнее нет. Вы рождаетесь естественным путем или вылупляетесь?

Кажется, в тот момент наместник искренне пожалел, что затеял эту дурную возню с вывозом травницы из деревни. Но отступать уже было поздно. Даже если он сейчас повернет обратно и сдаст меня в избушку, ипостась ему это точно не вернет. А со мной еще есть шансы.

Так что он тяжко вздохнул и безропотно принялся излагать:

— Мы рождаемся, как ты изволила выразиться, естественным путем. Никаких яиц! В первую очередь мы люди, а ипостась приходит позже, когда мальчик превращается в юношу.

— Связано с гормональным фоном, – вывела я, высунув язык от усердия.

Почерк у меня и в этом мире был, скажем так, врачебный. Пожалуй, не каждый шифровальщик разберет.

Эмберскейл заглянул на страничку, ожидаемо ничего не понял и покачал головой.

— Она мне будет еще рассказывать, что простая знахарка! – пробормотал он едва слышно.

— Ты не отвлекайся! – строго погрозила я ему пальцем. – Продолжаем. Как проходит первый оборот? Болезненно? Есть ли симптомы, предваряющие смену ипостаси – головокружение, тошнота, боль в мышцах, например?

— Такое чувство, что ты всю жизнь драконов лечила, – хмыкнул генерал уже без прежнего снисхождения. – Что ни вопрос, то по делу. Да, первый оборот штука неприятная. Да и последующие тоже не так чтобы полны удовольствия. Главные ощущения при этом – жар. Кажется, что тебя поглощает живьем пламя, но в то же время ты не горишь. Все происходит внутри тебя. Энергия перестраивается, чтобы напитать новый образ.

Я не стала рассказывать, что врачебного опыта у меня куда больше, чем можно заподозрить в тщедушной девице, едва справившей совершеннолетие. Вместо этого задумчиво постучала кончиком карандаша по бумаге.

— Энергия перестраивается, значит. Получается, рождаетесь вы обычными людьми, а потом меняетесь, так?

— Не совсем, – поморщился дракон. Видимо, не понравилось сравнение с плебсом. – Ипостась есть в каждом нашем ребенке, она позволяет ему быть сильнее, быстрее и выносливее любого человека. Просто до определенного момента она спит. Детское тело не вынесет подобных перегрузок, потому чаще всего первое превращение случается около четырнадцати или шестнадцати.