Книга Грани обмана, страница 72 – Нинель Мягкова

— Вы знаете, мы лучше подождем и потерпим, — быстро отозвалась я, пока девицы не ляпнули что-нибудь. Например, не согласились отдать бумаги. — Матушка всегда говорила мне ни в коем случае не выпускать пасп…документы из рук.

— Какая у вас умная родительница! — сквозь зубы восхитилась местрис, кивая своей подручной. Та открыла огромную амбарную книгу и нарочито медленно принялась переписывать с новой строки данные на Мартину.

— Она давно умерла, — многозначительно отозвалась я.

Местрис Эйлив вскинулась, но я трагически прижимала платочек к сухим глазам, и обвинить меня было не в чем. Не могла же скромная компаньонка намекать и угрожать, право слово!

Девочки неловко переминались с ноги на ногу и поглядывали на меня с неудовольствием, но вслух не возмущались. Воспитание сыграло мне в этот раз на руку. Им вбивали с детства слушаться старших, и в данный момент старшей являлась я. Вот если бы меня рядом не оказалось, тогда они автоматически стали бы подчиняться местрис Эйлив, чем она сейчас и попыталась воспользоваться. К счастью, безуспешно.

Не сомневаюсь, что от меня постараются избавиться в первую очередь.

— Желаете чаю с дороги? — любезно предложила появившаяся в дверном проеме горничная в униформе.

Из гостиной потянуло ароматной сдобой и корицей.

Девы синхронно сглотнули.

— Разумеется, вот сейчас с регистрацией закончим и непременно! — радостно прощебетала я.

Три подопечные разочарованно вздохнули. Местрис Эйлив отчетливо скрипнула зубами, но промолчала.

Мы мялись в приемной битый час. Не представляю, что можно так долго заполнять в графе из трех строчек. Не иначе, особый талант медленнописи. Но наконец последняя бумага перекочевала обратно в руки Стефани, и мы вчетвером двинулись на запах выпечки.

— Простите, а вы? — растерянно пробормотала «администраторша».

— Она не задержится, — ответила за меня местрис.

Я величаво развернулась в дверях.

— Напротив, как раз задержусь. Передавать вам свои документы не вижу смысла, ибо не планирую нового замужества, а вот за девочками считаю своим долгом присмотреть. В конце концов, в этом и состоит моя работа! — я включила режим «занудной трудоголички», от которого у местрис Эйлив явственно свело скулы. — Обеспечить моим подопечным присмотр и гарантировать их будущим мужьям их безупречную репутацию!

— Их репутацией теперь займусь я. Или вы мне не доверяете? — Дамочка тоже выпрямилась, пытаясь поймать меня на слове. Не тут-то было!

— Не слишком, — честно отрезала я.

Девочки за моей спиной шокированно ахнули. Заявить такое кому-то в лицо — верх бескультурия! Я должна была клятвенно уверить местрис, что она исключительно достойный представитель рода человеческого, после чего умолять о милости и позволении задержаться, а она бы мне снисходительно разрешила. Возможно. А может, и нет. Так что я пошла ва-банк.

— Я вообще никому не доверяю, — смягчив тон, сообщила я местрис Эйлив. — В особенности когда речь идет о репутации юных дев. Им и самим-то доверять нельзя, если вы меня понимаете.

Улыбнулась, превращая резкий отказ в шутку. И пусть попробует возразить! Противопоставить моей заботе о добром имени подопечных ей нечего. Здесь добродетель женщины — считай, ее единственное сокровище. Утратила его — и все, жизнь кончена. Так что заявить: «Ерунда эта ваша репутация!» — она не может. И повода выставить меня у нее нет.