Книга Грани обмана, страница 13 – Нинель Мягкова

Пожалуй, за полтора месяца пребывания здесь я еще никогда не желала так сильно, чтобы ужин побыстрее закончился!

А он все тянулся и тянулся, и встать из-за стола было бы вопиющим неуважением к кухарке — дородной местрис Рути. Она ко мне питала некую слабость, скорее всего потому, что мы сходились с ней в вопросах гигиены, и постоянно норовила то подложить добавку, то кусочек посочнее.

Среди слуг тоже царила своеобразная иерархия. Мне повезло: уборка помещений находилась где-то посередине, так что меня не задирали и не гнобили, а вот двум молоденьким девочкам, занимавшимся черной работой на огороде и в курятнике, приходилось несладко.

Подсобные помещения и грядки располагались за усадьбой, там, где почти не было прогулочных дорожек, дабы не оскорбить взгляды юных дев приземленными — буквально — материями.

Зажиточные семьи привозили дочерей в этот пансион со всего региона. Здесь выпускали элитных невест, с идеальными манерами и набором навыков для ведения домашнего хозяйства — разумеется, в основном теоретических. Единственное практическое направление в образовании касалось, как ни странно, готовки.

Вышивку, рисование, пение и танцы я не считаю, потому что в доме от них пользы нету. Сшить, например, ту же самую юбку девочки были не в состоянии — только украсить уже готовое изделие кантом.

Картины — это прекрасно, но никаких выставок художницам не светило. Настоящим творцом может быть только мужчина, а даме позволено лишь малевать акварельки в свое удовольствие. Но не в ущерб уходу за супругом!

Петь — на приемах, для гостей. Танцевать, понятно, тоже.

В свете этого местрис Рути имела немалый вес. Практически она считалась одной из преподавательниц. Раз в неделю на три часа запускала старшую группу на территорию кухни и объясняла сначала азы, вроде правильной и красивой нарезки овощей, а после более продвинутые варианты блюд.

Курицу живьем девочки не видели никогда, и уж тем более им не доводилось ощипывать тушки. А яйца так и вовсе по их мнению росли на кустах, как и бутылки с молоком.

С трудом дождавшись, пока почтенная кухарка поднимется с места, чтобы отнести тарелку посудомойкам, я последовала ее примеру и поспешила в комнату.

Меня ждали мои драгоценные книжечки!

Только взяв в руки увесистые томики и вдохнув чуть пыльный аромат бумаги, я поняла, как соскучилась по чтению. Да что там — по нормальной информации! Весь мой лексикон, а значит, и полученные из разговоров знания сводились к погоде, сплетням о том, кто кого и где, и модным фасонам платьев.

Я не знала, как называется столица страны, в которой я нахожусь, зато выучила слова «складки» и «фижмы».

Так что замаячившую на горизонте возможность научиться читать, а кроме того еще и почерпнуть хоть какие-то сведения о мире за пределами сонного провинциального Тормота, я воспринимала как подарок свыше.

Огладив переплеты, я выбрала тот, что поярче. На синей тисненой обложке были схематично изображены облака. Когда-то, наверное, они были белыми — часть краски еще сохранилась ошметками.

Только сейчас мне пришло в голову, что это первые увиденные мною в этом мире книги. Вообще. В принципе. Я даже не могла оценить, лучше стало книгопечатание за прошедшие годы или хуже, потому что не с чем было сравнивать.