Книга Грани обмана, страница 105 – Нинель Мягкова

— Деревня. Простите уж великодушно! — развела я руками, будто невзначай отступая на шаг.

Вот только обвинения в шпионаже мне не хватало!

К счастью, Уинтроп подобрался и забыл про меня, уставившись на нашу будущую жертву.

— А вот и син Просперу, — сообщил он едва слышно.

Я почувствовала, как гладкий, выложенный сложным узорчатым паркетом пол ускользает из-под ног.

— Как его, простите, зовут? — уточнила на случай, если все же страдаю слуховыми галлюцинациями.

— Син Просперу. Младший помощник хаконского посла, — любезно пояснил Уинтроп, буквально волоча меня за собой.

Куда, я сообразила только когда уверенная мужская рука легла мне на талию.

— А вдовам разве можно танцевать? — брякнула от отчаяния, косясь на знакомого загорелого, бородатого и носатого мужчину.

— На исходе траура — почему бы и нет? — отозвался Уинтроп, как назло, с каждым па подводя меня все ближе к хаконцу.

Вел он уверенно и напористо, даже если бы я представления не имела о местных танцах, у меня не было шанса не попасть в такт. Он бы все равно настоял на своем.

Похоже, у него такая упёртость везде срабатывает. Что в делах, что в развлечениях. Особенно когда приходится совмещать одно с другим.

Вырываться посреди па означало бы привлечь к себе внимание, мне сейчас совершенно ненужное. Так что я покорно обмякла в уверенных объятиях Уинтропа, позволяя волочь себя куда его душеньке заблагорассудится.

Обойдя в подобии вальса круг по залу, мы отошли в сторонку, чтобы не мешать остальным, и наконец-то остановились.

— Ну, что успели разглядеть? — нетерпеливо осведомился дознаватель.

До меня дошло — мне же демонстрировали жулика, чтобы я определила его слабые и сильные стороны, а возможно, и тайные карманы выявила. Вот я балда! Весь танец в панике старалась смотреть куда угодно, только не на сина Просперу.

Жаль, что мы на приеме, а не бале-маскараде. Лица не скрыть под маской. Конечно, в борделе я выглядела куда въерошеннее, но столкнулись мы тогда буквально нос к носу.

— Рукава широкие. За отворотами легко спрятать карты. Пуговицы на манжетах отполированы, служат зеркалом — так он сможет подглядеть, что именно сдает крупье, — собравшись, принялась я вспоминать азы.

Хаконец вопреки правилам облачился вместо смокинга во фрак с длинными хвостами и богатой вышивкой на груди. Скорее всего, списывал это небольшое нарушение этикета на традиции своей страны, но я-то знаю, что в таком бросающемся в глаза одеянии куда проще отвлечь внимание от действительно важных действий.

— У него есть привычка поправлять лацканы? — уточнила я, уже по-другому, деловито, оглядываясь на сина Просперу. — Особенно во время игры.

— Да, — мрачно подтвердил Уинтроп. — Постоянно их теребит, у него даже камень отскочил с вышивки.

— Как раз перед тем, как он выиграл особо крупную сумму в сложной партии? — провидчески предположила я.

Мой спутник скривился и даже комментировать не стал. Все было очевидно. Мошенник отвлекал внимание толпы, в то время как незаметно менял карты или вытаскивал из заначки нужную.

— Не буду спрашивать, откуда у вас такие богатые познания о тонкостях шулерства, — задумчиво сообщил дознаватель через пару минут. — Лучше принесу вам что-нибудь выпить. И себе… покрепче.

С этими словами он отошел, оставив меня подпирать колонну в гордом одиночестве.