Книга Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца», страница 59 – Надежда Цыбанова

— Неплохая работа, – вынес вердикт дух гончара. – Чувствуется, что вкладывали тепло и любовь к ремеслу. Техника хоть и отличается, но все же можно признать чашу годной. Мы, ремесленники, народ честный. Поэтому ценим искренность. Выбирайте, что вам поведать: где зарыт клад помещика Воронцова или место, откуда вы можете попасть на новогоднюю ярмарку «Волшебный ларец»?

— Коварный ход, – усмехнулся майор. – А клад, поди, уже давно нашли. Или он ничего из себя ценного не представляет.

— Не скажи, – в голосе духа появились ласковые нотки. Нас решили деньгами соблазнить. Сначала выслушал жалобы на их отсутствие, а затем резко их же и предложил. Хитро. – Он был богатым вельможей. Любил роскошь и азартные игры. Проиграл почти все состояние, но перед разорением спрятал часть золота и украшений. Сундучок до сих пор хранится в земле. Все по‑честному. Выбор только ваш.

Мы с майором переглянулись. Мужчина вопросительно поднял бровь, без слов спрашивая мое решение. Я лишь отрицательно мотнула головой. То, что халява зачастую имеет нехорошие последствия, довелось мне усвоить еще в детстве. Один из крестных принес нам целую коробку конфет – во времена дефицита получил ее в качестве зарплаты. Мама, естественно, попыталась сладости прятать. В трехкомнатной квартире. От любопытного ребенка. Через неделю меня повели к стоматологу, где удалили два зуба и в один поставили пломбу.

— Не жили на широкую ногу – и нечего начинать, – вынес вердикт Эйнар. – Пускай клад еще полежит. Золото подорожает. Вот тогда мы за ним и придем. А пока нас интересует ярмарка.

Показалось, будто воздух сгустился и стал больше напоминать туман. Ясно, без спецэффектов духи не работают. Еще и голос гончара звучал со всех сторон:

— Там, где дорога между двумя столицами делает тихий изгиб, стоит дом, что помнит шаги великих. В его стенах – ритм пути, а в окнах – отражение рек. В его залах звучит эхо голосов, что когда-то обсуждали судьбы страны, а в подвалах до сих пор пахнет древесным дымом от старых печей. Ступайте туда.

— М‑м, – с ехидным видом протянул майор, – очередная загадка. Спасибо тебе, добрый дух.

— Не за что, защитник, – главное, по голосу гончара было совершенно непонятно: это ответная любезность или издевка. – Теперь идите отсюда. Вы мне глину портите.

— Обратно по сугробам, – тихонько вздохнула я. Хоть сапоги у меня и непромокаемые, все же краями я умудрилась начерпать снег – и теперь внутри ногам было сыро и прохладно.

— Зачем? – удивился дух. – Обойдите карьер. И с северной стороны, вдоль болотного лога, выйдите к тому же месту, откуда зашли. Так и короче путь получится.

— Всегда знал, что навигаторы – зло, – тихонько проворчал под нос Эйнар, утягивая меня за собой по еле намеченной тропе по глинистому краю. – Не зря их озвучивают женским голосом.

— Я тебя сейчас пну, – мстительно прошипела в спину майору. – Под коленку. Больно.

— А нельзя, – довольным тоном протянул Эйнар. – Нападение при исполнении. Штраф хочешь?

— Да сейчас, – возмутилась я и дернула мужчину за руку. Проще трамвай попробовать остановить на полном ходу, чем майора Волкова. – Ты в отпуске. Так что это умышленное причинение вреда здоровью.

— Знаешь законы? – удивленно уточнил Эйнар. – Похвально.

— Ты что, забыл, кто мой крестный? – Нос задирать было опасно: споткнешься – и утонешь в очередном сугробе с переломанными ногами. А хотелось.