Книга Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца», страница 35 – Надежда Цыбанова

— Отлично, – майор снисходительно посмотрел на блондиночку за рулем красной машинки, которая упорно пыталась его обогнать, и втопил педаль, прибавляя скорость. – Как раз хотел расширить горизонты и съездить куда‑нибудь. Не Турция, конечно, зато дешевле. Вторая подсказка: «В час, когда тень от наковальни станет равна росту кузнеца, а огонь в горне вспыхнет трижды, – слушайте. Там, где камень и железо сплетены в вечные узоры, где молот стучит, как сердце земли, – там откроется вам истина».

— Это Старица, – снисходительно ответила я. – Камень и железо сплетены в вечные узоры. Белокаменные кузницы в Старице. Раньше там было зданий сорок, а сейчас осталось меньше десяти. Кузницы возводили прямо в толще городищенского вала, используя старицкий белый камень.

— Отлично, и там я не был, – майор с каким‑то нездоровым энтузиазмом искал плюсы. – Точнее, приезжал в детстве и уже ничего толком не помню, кроме разрушенного храма. Ну, а с третьей подсказкой и мне все понятно. «Там, где вода обняла колокольню, а туман плетет кружева над волнами, там я жду. В месте, где звон колоколов утонул в пучине, а нити судьбы все еще вьются в воздухе, ищите меня. Я дам вам имя той, кто укажет дальнейший путь». Калязин это. У нас одна затопленная колокольня. Там я был, кстати. Но ничего, можно еще раз съездить.

Я одобрительно покивала:

— Кружева. Калязинское кружево не просто ремесло, а важная часть культурного наследия. Получается, три духа нам скажут место, время и проводника?

Майор помолчал, тоскливо вздохнул и все же решил признаться:

— Кажется, я уже наобщался с духами. Подозреваю, что они проводят соревнования, кто больше доведет людей до нервного тика. Блин, в отпуске не был полтора года. Еле выбил десять дней перед Новым годом. Думал, махну куда‑нибудь, где горячие цыпочки у бассейна коктейли через соломинку потягивают. Для меня знакомая специально путевку придержала по хорошей цене. Я только с делами раскидался, уже планировал проставную за отпуск организовать, а тут Савин с нетривиальным вопросом: «Не хочется ли мне посетить родину предков?» И ведь не откажешь. Тут еще и Один с духами потянулись. А дед мог и нормально все рассказать, так нет же. «Защищай, защищай». Я, может, в полицию и пошел, только чтобы выполнить его наказ. Сидел бы себе сейчас в офисе, бумажки перебирал. Мечтал о чем-то возвышенном. Не имел бы три ранения – два пулевых и ножевое. С работы бы уходил вовремя. Не морозил бы жопу в засадах. В общем… скучно бы жил. Все, я выговорился.

Я на это только хмыкнула. Крестный тоже так любит делать. Разорится монологом минут на десять, а потом ходит с довольным лицом. Кто-то совет «не держать все в себе» принимает слишком буквально.

— Молодец, – скупо похвалила я.

— Давай теперь ты, – милостиво разрешил Эйнар.

— Чего я? – удивленно посмотрела на мужчину. – Жаловаться? Ну, посуди сам. Сейчас я вывалю на тебя все свои переживания по поводу неудавшегося брака и предательства лучшей подруги, с которой в детстве одно мороженое на двоих делили. Затем закачу истерику из-за попытки убийства. Думаю, уже на этом моменте залью слезами и соплями весь салон. Потом резко успокоюсь и равнодушно отругаю Одина с компанией из-за навязанного задания. Следом вообще обиженно надуюсь и отвернусь, чтобы пострадать про себя. А вот уже после всего этого снова начну реветь. У женщин истерика всегда проходит в несколько этапов. Оно тебе нужно?