Книга Лунное солнце, страница 118 – Ева Верми

Догадок по поводу второго похищения Нивис было больше, но, вероятнее всего, так пытались вывести из игры меня. Ведь формально они не знали, мог ли я что-нибудь вспомнить и вернуться в исходное состояние обходным путем. У них могли быть и другие мотивы, но после смерти двоих и пленения третьей нам оставалось лишь предполагать.

Позже, когда у них появилась возможность выкачивать силы из магов, они, естественно, снова полезли за ними к наследницам. Имбри, наверное, погибла одной из первых. Может, из-за разногласий, может, неудавшийся эксперимент, но когда мы обнаружили, что держим вместо нее Эниону, сестра уже почти наверняка была мертва. И все же Калор они не тронули. Не успевали? Или наконец осознали, что тот маг – я? Хотя ума не приложу, откуда у меня такие силы. Не идти же к матери допытываться, с кем она изменила Вертексу.

Как бы там ни было, Калор стала приманкой, и я на нее клюнул. Одним Богиням известно, чем бы все кончилось, не явись Нивис за мной.

— А ведь, если так задуматься, – вдруг встрял Ичес, – твоя сестрица тогда спасла твою шкуру. Сама того не ведая.

— Ты о чем? – не уследил за его мыслью я.

— О твоем разделении, – как недоразвитому пояснил Ичес, ловя в глазах брата тот же вопрос. – Включите головы. Они быстрее бы вычислили мага из предсказания, если бы не это. Уж не знаю, как им вообще это удалось, но так она выиграла время всей Неоре.

— Может, мне ей еще в ножки надо было за это поклониться? – поразился я его логике. Ичес только плечами пожал.

— Это необязательно. Но выходит, она сама же вставила себе палки в колеса.

С этим спорить было сложно. Им просто повезло, что я оказался в Вернуме в то же время, когда они решились похитить Флоренту. Удачно подвернулся под руку.

— Так, забудем об Имбри, – раздраженно встрял Никос. – Не будем топтаться по костям усопшей, какой бы они ни была. С Ирбэ что делать? Казнить?

Я с неохотой признал правоту Никоса: уже неважно, что сестра хотела сделать, а что сделала. Фактом остается то, что они с Алтером осуждены посмертно, и их сын остался сиротой из-за козней родителей. Хоть сейчас он и оставался под опекой мамы, из ее писем я понимал, что ей тяжело и она хотела бы, чтобы я взял племянника к себе на попечение. Но как к этому отнесется Нивис? Ей тоже нелегко в новом статусе, и я временил с принятием решения.

— Что-то мне подсказывает, что Нивис будет против.

— Что? Почему? – удивился Ичес, вскинув брови.

— Сколько раз мы хотели для этого собраться? – уточнил я, поглядывая на них со своего места. – Я пытался обсудить с ней это, но впустую. Она отмахивается, мол, мы их одолели, ей хочется насладиться обретенным счастьем, к которому мы шли так долго. Да и Ирбэ в каком-то то ли сне, то ли коме. И я не могу Нивис за это судить, но…

Братья потупили взоры: никому из нас не хотелось давить на Нивис сейчас, но нужно было что-то делать. Калор тоже требовала расправиться со злодейкой. Завтра семья Аэтернских отправятся исполнять свои обязанности, и я останусь один на три месяца. Точнее, не совсем один, Камилла и Саянус составят мне компанию, пока Пруинус и Стормия будут в отъезде.

Мы с братьями сошлись на том, что Ирбэ нужно будет казнить, но это не имело значения, если Нивис будет против и решит оставить ее гнить в темнице.