Книга Смирись, светлый мой! Твоя темная жена по любви, страница 119 – Лина Алфеева

— Жрец Урин поправится, — вступил в разговор лорд Нарш. — Подозреваю, что помнить он будет не все…

— Иными словами, это точно он выпустил тьму. Так? — дождавшись кивка Картаса, я вздохнула: — Какая глупость. Все темные маги обладают характерным остаточным следом. Мы не плюемся тьмой!

— Боюсь, на территории дворца нет специалиста, который смог бы считать ваш уникальный почерк, леди Аберг, — лорд Нарш излучал деловитое спокойствие.

С того момента как он в панике постучал в ворота городского дома Картаса, прошло всего ничего, а мне уже не казалось, что этот лорд трусоват.

Вот что работа с Абергом делает!

И тут я не преувеличивала. Сама видела, как загорались лица тех, кого он отобрал для службы в светлом гарнизоне. Светлый каратель Аберг умел вдохновлять, он удивительным образом вытаскивал наружу скрытые таланты.

— Светлый двор не желает иметь что-либо общение с темными. Сдохнуть как весело, — пробормотала я.

— То, что они творят со своими же детьми ещё веселее, — угрюмо подхватил Картас.

— Аристократы? Или светлые жрецы? Знаешь, у меня накопилось много вопросов к вашему ордену, — тут я начала загибать пальцы. — Опасные инициации отпрысков в Гиблой долине вместо постепенного развития дара, изменение магического фона с помощью кравца, заигрывание с артефактами демонов и сырой тьмой, которая могла отравить не только ту припадочную фрейлину, но и всех, кто оказался с нею рядом.

От концентрированной чужой магии, которой тебя облепляют без разрешения, любому магу поплохело бы. Разве что этот маг — демоническая тварь, способная поглощать чужую силу. Но почему-то королева Илия возомнила, что если облить свою же фрейлину тьмой, то все сразу ужаснуться коварству ненавистной темной, которую и во дворце принимать противно.

Вот тьма…

Я не обязана всем нравиться. Многие в этом мире меня терпеть не могут, но я особо не переживала на этот счёт. Кто бы мог подумать, что меня будут ненавидеть не за личную противность, а потому что я вышла замуж за Картаса Аберга.

— Аманда, если у тебя остались вопросы, завтра познакомишься с тем, кому их можно будет задать. С моим отцом, — пояснил Картас, видя, что я вся извелась в догадках.

— Разве лорд Терос Аберг променял меч на жреческий жезл?

— Нет. Но он очень дружен с главным жрецом всего приграничья. И кстати, бывший жрец Хорн был в его ближайшем круге.

Н-да…

И снова род Хорн. Нет, мне точно придется однажды прогуляться в Гиблую долину.

Разумеется, говорить Картасу о своих планах я не стала. А то я ляпну в сердцах, а он переживать начнет. И «ой! я пошутила!» сказать не успеешь, а светлый каратель уже придумает, как тебя оградить от всех неприятностей оптом.

Чтобы помочь Картасу, я должна быть рядом. А раз так, то обязана думать, что делать, и дважды думать, о чем говорить.

О чем думали Эрн и Абриэль, когда ввалились к нам в полночь, я не знала. Мы с Картасом уже решили, что они у нас не появятся. Муж разведал, что у друзей все тихо и спокойно, и счел, что они просто легли спать.

А тут явление наследника! Взгляд шальной, рот улыбчивый, прямо-таки приложить чем-нибудь этаким захотелось. Исключительно от зависти, да. Пока мы с Картасом страдали над планами и перспективами, кто-то умудрился ещё и развлечься.

— Я в норме, — неожиданно совсем другим тоном произнес Эрн, когда за ним и Абриэль закрылась дверь.