Книга Августина лучше всех, страница 90 – Юлия Васильева

Карл Биргит, Терри и Феникс не разделяли моего любопытства и поспешно вышли, оставив нас с пациенткой наедине.

Целитель положил руки по краям раны, и она практически на глазах стала заживать.

— Проассистируете? – спросил он, когда процесс был завершен, и протянул мне смоченное в воде полотенце.

Я аккуратно стерла остатки крови с груди Лигии – под ними оказалась чистая кожа.

— Ну как?

«Заживление на отлично», – как сказали бы в институте. И все же внешний вид оставлял желать лучшего. Валики круглого шрама бросались в глаза.

— Можно? – спросила я, протягивая руку к чужой пациентке.

— Попробуйте, коллега, – снисходительно ответил старичок.

Некоторое время я исследовала края круга.

Да, классическим целительством здесь было не помочь, этот ободок зарубцевался давно.

— Я могу сгладить шрам, но будет больно, – сказала я Лигии.

Глаза девушки зажглись, а дыхание на секунду стало легче.

— Очень больно? – спросила она.

— Уж точно не больнее, чем вправить вывих, – не удержалась я. – Будет жечь.

Гесса Биргит кивнула, а целитель посмотрел на меня с настороженным любопытством:

— Я настаиваю на том, чтобы контролировать процесс.

— Контролируйте, – пожала плечами я, хотя не лечила никого под присмотром с момента выпуска из института.

Кажется, пришло время самой становиться учителем.

Когда иланкийский лекарь сказал мне, что иногда для того, чтобы исцелить человека, надо уметь не только созидать, но и разрушать, я сначала ему не поверила. А еще он сказал, что бог жизни и смерти поцеловал меня в темечко, раз к дару целительства дал еще и огонь.

Все верно – идеальное сочетание.

Я старалась действовать быстро, чтобы причинять как можно меньше боли: приложив палец к шраму, выжигала кусочек рубцовой плоти и моментально начинала заживление, но Лигия все равно вцепилась пальцами в кушетку и иногда стонала.

— Давайте вместе, – предложил целитель и положил свой палец сразу следом за моим. – Я возьму на себя регенерацию.

Так дело действительно пошло живее. Мы закончили почти половину круга, когда Лигия, зажмурившая глаза, вдруг едва слышно пробормотала:

— Это все для тебя, Ролан… Для тебя…

Я не могла поверить своим ушам. Что она сказала?

Мой палец остановился, и целитель посмотрел вопросительно:

— Передышка?

— Нет, продолжим.

На то, чтобы выжечь весь рубец, нам понадобилось около десяти минут. К завершению круга на лбу Лигии выступила испарина, но она держалась на удивление мужественно. В конце процедуры шрам был таким же гладким, как и остальная кожа. Спустя несколько дней он побледнеет и станет едва заметным, а через месяц и вовсе перестанет существовать.

— А теперь отдыхайте, моя дорогая, – сказал целитель, гладя измотанную пациентку по голове.

— Да, теперь можно. Теперь я буду достойной женой для гесса Северина. – Лигия успокоенно вздохнула и закрыла глаза.

Я еще раз удивленно на нее посмотрела. Конечно, эта девушка и раньше имела на Ролана определенные планы, но никогда еще не выражала их так прямо.

— Мисса Лакшин, вы идете? Я бы хотел с вами кое-что обсудить. – Целитель уже стоял в дверях гостиной.

— Секунду. – Вспомнив, что хотела проверить, я распростерла обе ладони над телом Лигии.

Если моя догадка была верна, вместе с печатью должна была уйти и магическая червоточина, которая показалась мне странной в прошлый раз.