Книга Августина лучше всех, страница 15 – Юлия Васильева

Я удивленно захлопала глазами, и Флор О’Боз пояснил:

— Некоторые революционно настроенные учителя пытаются преподавать по-иному. Буквально на прошлой неделе прогремело несколько скандалов. Но вы были на корабле и не могли прочитать прессу. Вскрылось, что в первой мужской гимназии и в юридическом колледже юношам рассказывали, как, спасаясь от инквизиции, магессы тех времен бежали на земли Северинов, под их защиту…

— И… – начала я, в последней надежде сказать что-нибудь умное, но ты же знаешь, Нора, отвлеченные политические дискуссии никогда не были моей сильной стороной. И вообще никакой моей стороной в принципе…

— Историческая правда – это, конечно, хорошо, но не в рамках образования молодежи. Как знание того, что давно почивший правитель был печальным тугодумом и лишь через десятки лет понял, что такое скопление силы на границе опасно не только для него, но и для его соседей, поможет укрепить нашу империю? В любом случае Северины не спешили вступать в борьбу за власть много веков назад и уж тем более не могут даже подумать об этом теперь. Спасибо дару земли… – Гесс Биргит иронично поднял бокал с вином.

Нора, ты же понимаешь, что слова своих собеседников я передаю очень приблизительно, поэтому прости меня, если заметишь в них какую-то неуклюжесть. На самом деле и Карл Биргит, и Флор О’Боз отличаются знатным красноречием. Да и остальные гости были вполне светскими людьми, кроме разве что Флоры О’Боз, которая весь вечер вымученно отвечала лишь на придирки матери, отмечавшей, что дочь ест то слишком много, то неправильно…

Но речь не о бедняжке, а о дальнейшем развитии разговора, который вдруг со скоростью мяча для тенниса стал перескакивать с одного края стола на другой до тех пор, пока дело не кончилось катастрофой.

— Остается только надеяться, что следующий король будет дальновиднее своих предшественников и ему не понадобятся десятки лет размышлений, чтобы начать переманивать к нам новых чудотворцев, – поднял бокал Флор О’Боз, и его благожелательная улыбка сделала фразу гораздо более похожей на тост.

— О ком это вы? – поднял брови гесс Биргит.

— Конечно же, об ученых, инженерах и механиках, папа, – вдруг вступил в беседу Марк Биргит с другого конца стола, и с этого момента к разговору прислушивались уже все.

— Игрушки для неодаренных, – фыркнул его отец.

— Молодой человек прав, – возразил Флор О’Боз. – То, что сейчас творит техника, не всегда под силу магии. Не говоря уж, что мало какой гесс выстоит против нескольких вооруженных винтовками людей.

Марк Биргит так же неожиданно обратил внимание на меня:

— А почему бы нам не спросить о винтовках миссу Лакшин? Мая, вы ведь с Иланки, видели бунт в Елизваре?

Все повернулись ко мне… А я оцепенела, словно зверь, пойманный в силок.

Веришь ли, Нора, воспоминания о событиях того дня до сих пор выбивают из моей груди дыхание.

Видимо, я сильно побледнела, потому что даже «лось» Терри, который прежде уделял внимание только вину, бросил на меня странный, какой-то расфокусированный взгляд и вдруг тоже вступил в беседу:

— Бунт в Елизваре был бы подавлен гораздо быстрее, если бы благородные гессы из гарнизона не так массово и не с таким упоением предавались охоте в джунглях. Его вообще могло бы не быть, если бы те же гессы занимались своей службой, а не ездили на Иланку как на курорт.