Книга Августина лучше всех, страница 117 – Юлия Васильева

— Что вы, мы не станем злоупотреблять вашим гостеприимством, – заверил ее Терри. – У моего брата достаточно просторный дом.

Весь остаток дня прошел в сборах. Утром мы погрузились в две кареты и выехали чуть ли не с рассветом, чтобы к концу дня быть в столице. Спасибо крестной, которая не оставила меня без экипажа, потому что Терри изъявил желание ехать верхом, а утруждать Северинов вовсе не хотелось.

Впрочем, к середине дня зарядил такой дождь, что неутомимый наездник сдался и, разбрызгивая холодные капли воды с плаща, влез-таки в карету, отдавая должное моей предусмотрительности.

Вчера в дороге совершенно не было возможности писать, зато нашлось много о чем подумать. Равнинные пейзажи за окном скоро надоели, а начавшийся ливень не позволил как следует рассмотреть хвойный лес.

И вот что я поняла: объяснение так называемого проклятия действиями таинственной организации под названием «Красная Перчатка» меня совершенно не удовлетворяло. Это все равно что обвинять в убийстве человека нож!

Нет, перед нами далеко не конец истории. Слишком много белых пятен в ней осталось.

После краткой остановки на обед Гусма задремала, а мне из развлечений осталось только залечивание мелких царапин на Терри и наблюдение за его реакцией. Лось пытался делать бесстрастный вид, но зачастивший пульс выдавал его с головой. Самое быстрое сердцебиение отчего-то вызвали мелкие порезы в области шеи – интересный эффект.

И вы подумайте, какая стойкость! Я уже и ласково улыбалась, и призывно хлопала ресницами, но гесс Ярин упорно не понимал намеков. Другой бы на его месте уже не просто дежурил на моем пороге с букетом цветов, а стоял на одном колене, предлагая руку и сердце! Но не Лось…

Загадка почище проклятия Северинов.

Не могу же я сама броситься ему на шею? Или могу? Конечно, девушкам такое говорить не принято, но на такую шею не грех и броситься – я щупала, я знаю.

В Эрлборг кареты въехали, когда уже стемнело, поэтому ничего толком рассмотреть я не успела. В глаза лишь бросилось огромное количество фонарей и окон, дома с колоннами и оживленные даже в столь поздний час тротуары.

Распрощавшись с Северинами, мы проехали несколько широких улиц и оказались перед красивым трехэтажным домом с вензелями под маленькими балкончиками. При виде них моя весьма придирчивая в вопросах архитектуры няня восхищенно приложила руки к груди и посетовала на то, что старший из сыновей гессы Версавии уже успел обзавестись семьей.

Альстав Ярин, владелец дома, похож на Терри разве что ямочками на щеках. Высокий, сухощавый, с ранними залысинами, он немного сутулится и, судя по выражению лица, постоянно думает о вещах, не имеющих никакой связи с тем, что происходит вокруг.

При первой встрече старший гесс Ярин протянул мне руку и вежливо сообщил о том, как рад познакомиться с будущей владелицей Ручьева Камня, при этом вид имел такой отрешенный, будто в уме составляет очередную петицию. Наверняка мое имя тут же вылетело у него из головы, несмотря на то что я назвала настоящее.

Его жена, Амалия, оказалась красивой, немного располневшей женщиной, за юбку которой постоянно цепляется кто-нибудь из детей. Несмотря на однозначное сходство с Лигией, черты лица у нее более мягкие, движения более плавные, а вокруг витает такая атмосфера уюта и спокойствия, что хозяйку дома хочется обнять уже при первой встрече.