Книга Тайна трех зеркал, страница 37 – Анна Завгородняя

Так размышляя, я другими глазами посмотрела на своего куратора. Милош Горич стал мне немного нравиться – конечно, только с профессиональной точки зрения.

А еще я была уверена, что эта практика будет незабываемой.

— Хорошо, что вам удалось увидеть прошлое, – между тем продолжал горец. – Станислав прав, у вас очень редкий и сильный дар, Вяземская. Но я вынужден настаивать, чтобы вас отстранили от этого дела.

— Почему? – возмутилась я, и моя неприязнь к Горичу вернулась на прежние позиции.

Надо же, не успела я подумать о нем хорошо, как он сказал такое! Меня – и отстранить! Но я не хочу в контору! Не хочу садиться за бумаги и копаться во всякой ерунде! И я точно знаю, что могу быть полезной в этом деле, ведь и сам Лехно так считает! А уж он-то, как никто другой, разбирается в практикантах!

— Потому что вы женщина, – спокойно ответил Милош. – Потому что все это слишком опасно, а вы очень юны и еще не видели жизнь. – Он на миг поджал губы и смерил меня взглядом: – Да и просто потому, что женщины не должны рисковать собой. А я чувствую, что это дело доставит нам немало хлопот и волнений.

Я прищурила глаза, гневно глядя на своего куратора. Ну, пусть думает, как ему нравится. Все равно в итоге решать не ему, а господину Лехно. А Станислав Иванович дал ясно понять, что во мне нуждаются.

Оставшийся путь до кафе, именуемого «Снежные горки», мы ехали молча. Я, переполненная искренним возмущением, где-то в самой глубине души, ну очень глубоко, понимала справедливость слов джарганца. Но осознавала я и то, что если сейчас позволю себя отстранить и отступлюсь, то никогда не смогу заниматься работой, к которой имею призвание с самого рождения.

Впереди показался центральный квартал с его фонтанами, чистыми улочками и зелеными деревьями, растущими вдоль тротуара. Квартал с бутиками и салонами, с крошечными кофейнями и магазинами, полными всего, что угодно душе, за которой лежит туго набитый кошелек.

Платон остановил карету прямо возле «Снежных горок», и мой куратор, выйдя из экипажа, вежливо предложил мне руку, слишком пристально глядя в глаза. Выбираясь наружу, я вдруг поняла, что мужчина прав. Пока я сидела, чувствовала себя относительно хорошо. Теперь же, поднявшись на ноги, осознала, насколько слаба.

— Ожидайте нас здесь, – велел моему кучеру горец. – Я верну вашу госпожу уже через полчаса, и вы отвезете ее домой.

— Будет сделано, – послушно ответил Платон, и мы под руку с Горичем вошли в уютное кафе.

К моей радости, внутри оказалось почти пусто. Заняты были всего два стола, и на нас не обратили внимания.

От руки куратора я избавилась, едва он подвел меня к столику. Конечно же, если бы не слабость, я бы и не подумала держаться за него, а так пришлось. Радует, что никто нас не видел, иначе сплетен было бы не избежать.

Подоспевший официант с поклоном предложил меню, но Милош, даже не заглядывая туда, попросил один сладкий чай и один крепкий кофе без сахара.

— И пирожные, – добавил он. – Самые сладкие, какие только есть в вашем меню.

Официант принял заказ и поспешно удалился, а я бессильно откинулась на спинку стула, рассматривая своего куратора.

— Как давно вы живете в Атроне? – спросила я, хотя не собиралась говорить об этом.

Вопрос будто сам собой сорвался с губ. Мне стоило сказать нечто другое, но я решила оставить этот разговор для господина Лехно.