Книга Охота на эмиссара, страница 17 – Селина Катрин

«Подумаешь, воронье гнездо... Я всё равно хвостик сделаю, чтобы пряди в глаза не лезли», — подумала про себя, но послушно посмотрела в зеркало на то, как правильно сушить волосы. В отличие от меня, у Ульянки имелась роскошная густая грива волос до поясницы. Да и, говоря объективно, Уля вообще по всем параметрам была красивее меня — и рост нормальный, и краситься умеет, и веснушек дурацких нет. Даже странно, что Ерофей, подойдя к нам двоим, пригласил на свидание именно меня, а не её.

— И тебе бы, Дань, чуть-чуть длину отпустить, а то даже у моего парня волосы длиннее…

Я фыркнула и сердито отобрала несчастную махровую ткань.

— Ты устроила проникновение со взломом, чтобы рассказать, как правильно вытирать голову после душа? — пробубнила недовольно.

Да, я в курсе, что не первая красавица и совершенно не умею во все эти женские штучки, но это совершенно не значит, что я не злюсь, когда меня этим попрекают.

— Во-первых, без взлома, — буднично отозвалась Ульяна. — Во-вторых, — представляешь?! — моя подруга идёт на свидание впервые за шварх-знает-сколько времени с Нормальным Парнем, и я хочу быть уверенной, что она оденется по-человечески!

Если перебирать моих бывших, то выпад про «нормального парня» оказался в целом в кассу, поэтому я сосредоточилась на второй части заявления.

— Уль, да что там одеваться? Ты иди-иди, поставь чайник, всё знаешь, а я сейчас. — Я махнула рукой в сторону кухни, а сама пошла в единственную спальную комнату. — Джинсы, футболка, кроссы, ветровка. Ну, может, очки и кепку дома оставлю, они действительно не нужны…

— Вот! Вот об этом я и говорила, а потому сразу прихватила с собой несколько платьев…

Внезапно энергичная Уля резко замолчала, а я вдруг осознала, что, вместо того чтобы поставить чайник, подруга хвостиком отправилась за мной. Всё бы ничего, но единственная спальня служила ещё и кабинетом. Я мгновенно вспомнила, почему в последние месяцы если и приглашала соседку домой, то лишь на кухню.

Все стены, насколько это было возможно, от пола до потолка были увешаны пробковыми досками с вырезками из новостных листков, одноразовыми пластелями и электронной бумагой с заметками о Фабрисе Робере. Каждый свободный сантиметр пространства занимали его фотографии и голограммы, записи о том, какое образование он получил, хвалебными статьями об успешно завершённых делах, свадебными снимками с красавицей женой… Как апогей — ровно напротив разобранного дивана, где я спала, красовался его портрет метр на полтора.

— Я… я… Уль, это не то, что ты думаешь, честно!

Давящая тишина опустилась на уши. Ульяна непривычно для себя противоестественно молчала, оглядывая комнату. Глаза её расширились, а рот беззвучно открывался и закрывался, словно она хотела что-то сказать, но всё никак не решалась.

— Ты знаешь, Дань, — произнесла она наконец очень тихо. — Я много раз слышала эту фразу в кино и всегда думала, что она несколько… гхм-м-м… в общем, я как минимум ожидала услышать её не от лучшей подруги. Ты понимаешь, что это… — она выразительно обвела рукой стены, — сталкерство?

— Это не сталкерство. — Я отвела взгляд в сторону и прикусила нижнюю губу. — Я просто… влюбилась. Тогда. На стройке.

— С первого взгляда? За минуту?! Дань, ты вообще понимаешь, о чём говоришь? Это не-нор-маль-но! — Её тон начал набирать обороты и приобрёл обвиняющий оттенок. — Я тебе сказала, что он женат. Судя по вырезкам, ты и сама в курсе. А ещё он цварг, то есть это совершенно другая раса, другое мировоззрение… Вселенная, да он страшный, Дань!