Книга Охота на эмиссара, страница 169 – Селина Катрин

Бледная и испуганная Даня дрожала и трепетно прижималась к груди, пока я нёс её до шаттла, а внутри меня всё кипело и бурлило медленно закручивающимся огненным торнадо. Ярость и адреналин вспенивались в венах и смешивались с неподдельным первобытным страхом, стоило представить, что было бы, если бы я опоздал хотя бы на минуту. Да даже на полминуты! Даня могла умереть!

Пока я её нёс, она прикрыла глаза и шумно сопела мне в подмышку, словно ёжик. Её бета-колебания напоминали разорванное в клочья полотно — кривые, неравномерные, то с большой амплитудой, то с маленькой, высокочастотные накладывались на низкочастотные, а периодически затухали до уровня общего фона. Всё свидетельствовало о колоссальном стрессе, перегрузке нервной системы и остром недостатке кислорода в мозгу. Я аккуратно и незаметно сдвинул пальцы, чтобы касаться влажного запястья Дани, и мысленно приказал ей спать. Бодрствование в таком состоянии может навредить, а мозг должен полностью восстановиться.

Опустив белую как полотно Даню на кровать в одной из двух кают арендованного шаттла, я стянул мокрый гидрокостюм, не особенно заморачиваясь его целостностью, и накрыл девушку пуховым одеялом. Она тут же свернулась в позу эмбриона, трогательно подтянув коленки к подбородку. Больше всего на свете я хотел ей помочь, но всё, что мог сделать, — это поработать с ментальным фоном и оттянуть особенно грязные и рваные волны. Вот и всё.

Даня наконец перестала дрожать, цвет её лица принял нормальный для человеческой девушки оттенок, а судорожное дыхание выровнялось, но я всё яснее понимал, что больше так не могу. Не могу — а главное не хочу! — жить, находясь вдали от неё и видясь редкими ночами, не могу переживать из-за того, что с ней может что-то случиться, не могу делать вид, что меня не задевают брезгливые и презрительные шепотки в её адрес. В мой-то ладно, но в её — нет. И заниматься практиками, чтобы притупить привязку к её бета-колебаниям, тоже не хочу. Я хочу видеть её каждый день, дышать ароматом эмоций, которые пахнут как экзотические цветы плюмерий, и слышать её смех. Хочу, чтобы наши отношения вернулись вновь к тем дням, когда Даня доверчиво рассказывала о себе, делилась идеями, спорила, а не держала в сердце обиду.

И, пожалуй, я знал только один способ, как переменить ситуацию в корне.

[1] Закон о финансовом эквиваленте преступлений лежит в основе сюжета «Адвокат с Эльтона». Карридо — тюрьма для самых опасных преступников.

Даниэлла

Двадцать шестое июля

Горло саднило, в голове пульсировала тонкая, как раскалённая нить, боль, но, в общем-то, после пережитого это и неудивительно. Удивительно было другое — совершенно незнакомая обстановка, я — голая под одеялом — и смятая соседняя подушка, как будто кто-то спал рядом мой. Память отказывалась воспроизводить, что случилось после того, как Фабрис взял меня на руки, и это немного пугало. Ко всему, приподнявшись на локте, я обнаружила, что нахожусь уже не на Цварге, а в глубоком космосе — круглый иллюминатор демонстрировал несколько далёких галактик. Вероятно, разбирайся я хоть сколько-то в астрономии, то вычислила бы, куда меня занесло на этот раз, а так лишь неуютно поёжилась и обхватила себя руками.

«Ну, Даня, оказаться неизвестно где в космосе, неизвестно на чьём корабле тебе не впервой. И всё лучше, чем быть мёртвой в сейфе на дне озера», — мысленно подбодрила себя и оглянулась в поисках одежды.