Книга Охота на эмиссара, страница 165 – Селина Катрин

Нажать на кнопку закрытия шаттла на брелоке получилось не с первого раза — так сильно дрожали пальцы. Старик Лефёвр упоминал, что тремор рук — это первый признак нехватки бета-колебаний нужной частоты, после которого начинаются галлюцинации. У меня дрожь длилась уже неделю. Сунув руки в карманы, я спешным шагом отправился к озеру, стараясь при этом скрыть недостойную эмиссара высшего звена шаткую походку.

Солнце стояло в зените, пики белоснежных гор блестели, раскидывая радужный яркий свет. Здесь, за чертой города, воздух ощущался как хрустящий, а красота природы заставляла восторженно замереть любого, кто пришёл отдохнуть.

«Дане бы здесь понравилось», — мелькнула в голове короткая мысль, когда я мазнул взглядом по переливающейся всеми оттенками розового глади великолепного озера. Традиционно именно здесь Аппарат Управления Цваргом устраивал празднование Кораллового Дня. Берег водоёма был сплошь усыпан разноцветными пледами — молодежь пришла посмотреть на шоу-программу, на деревянном помосте толкались и толпились птицы более высокого полёта — медийные личности, сотрудники СБЦ, несколько сенаторов, репортёры. Цварги пили, ели, смеялись, громко шутили, заводили полезные знакомства и делали всё то, что принято на мероприятиях подобного масштаба и толка.

Я показал значок эмиссара высшего порядка и был допущен в условно элитную зону. Взгляд выхватил сразу же множество знакомых лиц, среди которых мелькнул и Леандр Ламбе, и коллеги, и просто знакомые, с кем время от времени пересекался по работе и на других торжественно-светских вечеринках.

— Шампанское? Миттарские мидии, сэр?

Перед носом возник поднос с бокалами и закуской. После длительного перелёта есть хотелось страшно, но я побоялся, что из-за тремора уроню еду. Отрицательно мотнул головой, и официант продолжил свой путь. Чтобы не стоять в центре истуканом, отошёл к краю деревянного настила, свисающего прямо над водой. Чёрные лебеди и разноцветные утки-мандаринки доедали крошки хлеба.

— Ага, значит, пятый номер с птицами уже прошёл, — машинально отметил себе под нос, но был услышан соседом.

— И шестой тоже. Разноцветные шары в небо уже запустили. Сейчас шоу-трюк с погружением сейфа на дно, — отозвался Сисар, разворачиваясь всем корпусом.

Я поморщился. Никогда не любил седьмой номер, потому что считал, что это неоправданный риск для исполнителя. Никто не может гарантировать безопасность под толщей воды… У цваргов, конечно, сильные лёгкие, но всё равно мы не миттары и жабрами не обладаем. Почему гуманоидам так нравится смотреть, как другие бесцельно подвергают себя опасности? Загадка психологии.

С последней встречи в «Госпоже удаче» де Ру демонстративно со мной не разговаривал. Я удивлённо приподнял брови:

— Понятно, и долго Пьер уже под водой?

— Вот-вот выбраться должна. Уже две с половиной минуты там. Только сегодня фокус выполняет не Пьер, а Даниэлла.

— Что?!

Перед глазами внезапно на миг потемнело, уши заложило, в висках запульсировало тугой ноющей болью. Даня? Под водой?! Одна?!

— Даня… В смысле Даниэлла Медведева сейчас там, на дне озера? — оглушённо переспросил, чувствуя внезапный прилив адреналина на фоне бета-недостаточности. Не самое приятное ощущение. Но, может, я понял что-то не так?

Сисар, внимательно наблюдавший за моим лицом, демонстративно фыркнул: