Книга Охота на эмиссара, страница 113 – Селина Катрин

— Что?

— Я понимаю, что между моим и твоим воспитанием лежит целая пропасть. Я знаю, что люди более ветрены, легко начинают и заканчивают отношения, а также спокойно занимается сексом до брака, и это не считается у них чем-то вопиюще неприличным. Да что там! — Мужчина неожиданно криво усмехнулся. — На Танорге, если уж на то пошло, браки вообще редкость.

Я прикусила губу. Да, у людей всё так и было. Интимные отношения до брака — обычная вещь, и скорее ситуация обратная — брак без отношений «до» — что-то дикое для таноржцев. Фабрис оторвал ладонь от оплётки руля и потёр двумя пальцами переносицу — ровно так, как он это всегда делал, когда уставал или тщательно подбирал слова.

— Даня, я действительно вряд ли когда-либо смогу понять людей, но мы, цварги, очень восприимчивы к бета-колебаниям окружающих и когда находим кого-то резонирующего, то быстро привязываемся. Ты… мне очень понравилась. Сразу. Ещё тогда, на скамейке, на улице Бронзовых Псов. В тот вечер я ещё не понял, что это за чувство, я думал, что передо мной подросток, но организм уже ощутил в тебе родственную душу...

— Фабрис, послушай. — Я перебила мужчину, положив руку на его запястье. Оно было очень горячим. — Пока ты не наговорил лишнего и я не поверила… ты же ведь женат. У тебя двенадцатилетний сын.

Цварг прикрыл глаза:

— Дань, я действительно женат, это факт. Но если то свидание в райском саду было для тебя не просто способом развлечься, если ты готова дать мне хотя бы крошечный шанс, поверь, Лейла и Эрланц тут ни при чём. Они не помешают и не будут возражать… Там всё сложно. Это не моя тайна.

«Отлично. Цварги на людей не похожи ни капли, а отмазки в обоих Мирах одни и те же», — с горечью подумала я про себя и вздохнула. Остаток пути мы провели в тишине, но не накалённой, а усталой…

Фабрис запарковался на крышу одной из десятков однотипных высоток в спальном районе. Взял из багажника заранее купленные секретаршей продукты, предварительно рыкнув, чтобы я не смела ему помогать и он ещё не настолько тряпка, что не может донести их до дома, а затем ткнул в большую фиолетовую кнопку на брелоке. Салон флаера заволокло густым дымом.

— Клинер, уничтожитель отпечатков и любых ДНК, — пояснил Фабрис на мой вопросительный взгляд. Впрочем, я уже и сама догадалась, что это очередная предусмотрительность цварга.

У входа в квартиру произошла небольшая заминка, потому что и тут предпочитающий повышенную безопасность эмиссар повесил замок не только с буквенно-цифровым кодом, но ещё и биосканером отпечатка ладони и сетчатки глаза. Полноценная трёхфакторная аутентификация, какую на Тур-Рине я видела разве что в хранилище центрального казино на площади Золотого Сечения.

— Хорошие замки, — прокомментировала, наблюдая за быстрыми и чёткими движениями мужчины, какие бывают только тогда, когда что-то делаешь много лет. На автомате.

— И дверь из уплотнённого полотна стали… — пробормотал Фабрис и тут же осёкся.

— …с противосъёмными ригелями, — закончила за него, наблюдая, как он отпер последний замок.

На губах мужчины мелькнула призрачная улыбка:

— Прости, я настолько устал, что совершенно забыл о твоей специальности. Проходи. Чувствуй себя как дома.

Квартира Фабриса Робера буквально кричала о том, что это холостяцкая берлога. Хозяин бросил, что сейчас переоденется и вернётся, а я, разувшись, пошла исследовать жилплощадь. Впрочем, корень «жил» тут оказался с натяжкой: пыль повсюду, пустой холодильник, полное отсутствие растений, которые наверняка бы засохли, если бы даже имелись в наличии, запах, какой бывает, лишь когда квартира подолгу пустует. Что внутренне порадовало — так это зубные каппы в единственном экземпляре у раковины.