Книга Генетика любви, страница 98 – Селина Катрин

В этот момент двери небольшого помещения, куда эмиссар привел профессора, чтобы поговорить с глазу на глаз, с грохотом распахнулись, и в комнату вихрем ворвался низенький пухленький цварг в белом халате со знакомой символикой капли и шприца. Его огромные рога венчали голову словно массивная корона.

— Фабрис! Ну что там у тебя стряслось?! У меня бактерии вот-вот вызреют, мне вообще не до всех твоих премудростей!

Проигнорировав присутствие третьего цварга, господин Гарсиа прошествовал до стола эмиссара и уперся ладонями в массивную столешницу.

— Густав, познакомься, – не моргнув глазом ответил Робер и в приветственном жесте указал на собеседника: – Себастьян Касс. Профессор астробиологии и межгалактической генетики. Себастьян, это профессор Густав Гарсиа, он же главный администратор Планетарной Лаборатории. В Серебряном Доме бывает редко, но сегодня именно такой день.

— Да ноги бы моей тут не было, если б ты не обязал меня здесь появляться! – фыркнул цварг, но все же развернулся и оглянулся на Себастьяна.

Когда мужчина только появился на пороге, из-за стремительных движений вошедшего Касс ошибочно подумал, что это его ровесник, максимум пятьдесят-семьдесят лет, но сейчас на него уставились внимательные глаза из-под кустистых седеющих бровей.

«Да ему лет двести пятьдесят, не меньше!» – изумился Себастьян.

— Очень приятно познакомиться.

Профессор астробиологии протянул руку, но на этот раз ее не пожали.

— Себастьян Касс, Касс… – пробормотал старичок, глядя на ладонь. – Уж не родственник ли вы Севера Касса? Ну, такого… отказника.

— Да, у моего отца бракованные резонаторы, – спокойно отозвался Себастьян.

— А у вас, стало быть, нет. – Густав не спрашивал, он утверждал. Шагнул ближе, принюхался и… – Мне надо срочно в лабораторию, у меня гениальная идея!

С этими словами бодрый старичок рванул из комнаты.

Фабрис проводил господина Гарсиа с легкой усмешкой на губах.

— Он по-своему гениален, но с внешним миром за него общается секретарь.

«Теперь понятно, почему Роббинсон ни в какую не хотел давать мне контакты Гарсиа».

— Итак, я перешлю вам номер Густава, – как ни в чем не бывало продолжил Фабрис. При этом мужчина элегантным и явно отработанным движением достал платок из левого кармана и протер столешницу в том месте, куда не так давно опирался господин Гарсиа. – Уверен, что он передаст вам данные для репрезентативной выборки.

— Что?! – Себастьян встрепенулся и ошеломленно уставился на эмиссара высшего звена. – Это не шутка?

— Не шутка, – пожал плечами Фабрис. – Удастся договориться с господином Гарсиа – флаг вам в руки.

В голове профессора астробиологии зашумело, он и представить себе не мог, что заполучит все или почти все необходимое для исследований теории, которой занимался последние восемь лет. Это звучало слишком замечательно, чтобы оказаться правдой.

— Спасибо, спасибо огромное, что поверили в мою теорию о деторождении на Цварге. Я… обязательно пришлю выкладки. Чувствую, что нахожусь на верном пути. Что ж, теперь, наверное, я уже действительно занял слишком много вашего времени, да и Орианн с детьми наверняка волнуются.

Фабрис Робер кивнул:

— Конечно, работа не ждет. Мне самому пора к жене. Она с меня спустит шкуру и запрет в сейфе, если опоздаю.

Себастьян улыбнулся, подумав, что даже строгому эмиссару не чужды шутки. Запереть в сейфе – это же какая фантазия должна быть… Уже на пороге его настигла фраза: