Книга Генетика любви, страница 80 – Селина Катрин

Когда мы наконец-то вышли на улицу, я глубоко вдохнула влажный воздух и искренне обрадовалась накрапывающему дождику – все казалось приятнее, чем духота и подозрительно-постные физиономии госслужащих, которые так и выискивали причины, по которым мне можно отказать в подаче заявления.

— Ну что, за детьми и домой? – весело спросил Себастьян, как будто не он более шести часов подряд проходил со мной череду унизительных процедур и вопросов. – На какое число заседание, кстати, назначили?

— Через три недели. Да, полетели…

Себастьян что-то прикинул в уме и широко улыбнулся:

— О, через три недели – это же здорово!

Я лишь покачала головой, глядя на его энтузиазм. Сама я была настроена весьма скептически, но Касс вел себя так, будто бы уже выиграл дело… И это меня пугало. Хотелось довериться ему, и в то же время я боялась поверить в чудо.

Себастьян Касс

Дни летели словно птицы.

По утрам Себастьян отвозил близнецов в школу, а ближе к вечеру – забирал. Орианн активно искала работу, но пока, к ее сожалению, ничего не могла найти. Профессор астробиологии и межгалактической генетики преимущественно занимался исследованиями и научной работой. Вечера они вместе с детьми проводили за настольными играми, в иллюзионах или антигравитационных парках с препятствиями. На выходные отправились в океанариум, а на вторые – в парк программируемого конструктора.

После того как Орианн укладывала сыновей, у них сложилась традиция говорить о Юнисии. Она посетовала, что оставила подарок Себастьяна у Мориса, и хотела за ним вернуться, но Касс опередил ее, выписав еще одно устройство, в память которого закачал всю информацию, какую имел на руках.

Орианн как архитектора заинтересовал принцип строительства фундамента сооружений с расчетом на мелкие землетрясения. Слово за слово Себастьян рассказал ей о том, что знал касательно общежитий и корпусов Академии, а затем разговоры перетекли на особенности почвы планеты и сферу вокруг Соло, которая удерживала магнитные бури и солнечный ветер.

Детективное агентство, которое порекомендовал Стефан, ежедневно докладывало Себастьяну о перемещениях Мориса Мэрриша и высылало снимки. Касс отдавал себе отчет, что установленная слежка – далеко не самая легальная вещь, но это должно было помочь ему получить развод для Орианн на тех условиях, которых хотел добиться он. В душе цварг лелеял мечту о том, что после всего желанная женщина переедет вместе с детьми на Юнисию.

На следующий день после посещения Планетарной Лаборатории и Серебряного Дома господин Мэрриш прислал жене сообщение, в котором в ультимативной форме потребовал, чтобы она с детьми вернулась домой. Еще через два дня, когда, очевидно, ему пришло приглашение на заседание в АУП, Морис записал пятиминутную аудиозапись с подробным и не очень культурным разъяснением, как сильно ошибается Орианн, что все это затеяла. «Не дури», «ты ничего не добьешься», «отзови заявление и перестань позориться» – были самыми приличными фразами в пятиминутке. Наконец, еще через сутки господин Мэрриш решил связаться по голосвязи с женой и начал разговор с извинений. Он раскаивался в том, что был невнимателен в последние годы, и предлагал начать все сначала, признавался в любви и говорил многое-многое другое. Себастьян работал в своем кабинете за закрытой дверью, когда Морис связался с супругой, но все равно услышал разговор.