Книга Генетика любви, страница 110 – Селина Катрин

В итоге я кивком показала, что приняла к сведению. Удивительно… Всю жизнь Морис старался показать значимость и высокое социальное положение вычурной одеждой и внешним видом, а если бы Касс не выделил Грегори среди многочисленных синих мундиров, я бы и не догадалась, что у этого мужчины столько власти.

Себастьян остался на ужин. Ланс и Лотт ели так тихо, что я забеспокоилась, а не обижают ли их в школе – слишком сильно поведение близнецов не походило на обычное. Из-за множества знакомств, освоения местных правил и новой должности голова шла кругом. Я почувствовала легкое угрызение совести, что до сих пор так и не выяснила, как близнецы восприняли переезд на Юнисию.

У меня ушел битый час на расспросы: какие были предметы? Что узнали нового? Понравились ли учителя? Дети отвечали коротко и подозрительно синхронно. Так и не добившись ничего от них, я собрала посуду и пошла к раковине и тут услышала голос Лотта:

— Себастьян.

— А?

— А тут в каждом классе так много девочек или мы в какой-то особенный попали?

Профессор астробиологии и межгалактической генетики подвис, но, к его чести, пришел в себя достаточно быстро:

— Никто классы по полу не распределяет. Вы учитесь в стандартной группе.

— О-о-о, – протянул Лотт изумленно.

— А ты не хотел с Цварга уезжать, – внезапно фыркнул Ланс. – А я тебе говорил, что если дядя Себастьян говорит, что где-то прикольно, то надо ехать.

— Да ну тебя!

Я беззвучно расхохоталась, а неделей позже на родительском собрании отметила, что девочек на Юнисии действительно в разы больше, чем на Цварге. Были тут, конечно, и эльтонийки, и ларчанки, и миттарки, и множество смесков, но и юных цваргинь, как мне показалось, немало.

«Это семьи военных или тех, кто по каким-либо причинам перебрался на Юнисию, а также некоторые граждане Федерации, решившие сменить место жительства», – объяснил Касс.

* * *

Орианн Ор’тэйл

Дни полетели так быстро, что я перестала их считать. Да и зачем, когда каждый день полон сюрпризов, детского смеха, интересной работы и улыбок Себастьяна?

Целую неделю я составляла смету и просчитывала все необходимые материалы для первой пневмотрубы, затем подписывала документы у Грегори, знакомилась с учителями в Академии и родителями одноклассников Ланса и Лотта. Как-то само собой получилось, что Себастьян познакомил меня с друзьями, среди которых оказалась приятная пара цварга и цваргини с тремя девочками. Льерт и Селеста тоже перебрались сюда, так как посчитали Юнисию более свободной в плане законов и правил. Я смотрела на это чудо и не могла поверить.

— Мне казалось, на Цварге нет зарегистрированных случаев появления тройняшек-девочек, – тихо произнесла я после того, как мы ушли из гостей.

— Нет, – согласился Себастьян. – И мне самому интересно, почему рождаемость на родине так сильно перекошена в сторону мальчиков. На Юнисии рождаемость приближена к соотношению пятьдесят на пятьдесят. Я сейчас как раз занимаюсь этими исследованиями. У меня есть некоторые идеи, но их сложно проверить – выборка слишком маленькая.

Время на Юнисии летело так быстро, словно я попала в сказку… Или в настоящее… Кто знает? Воспоминания о жизни на Цварге блекли и стали походить на кошмар, который поутру хотелось забыть. Осталась лишь крепкая уверенность в том, что остаток жизни я проведу именно так – как независимая и свободная женщина, мама двоих замечательных мальчишек и инженер-архитектор логистической инфраструктуры на планете с уникальными свойствами почвы.