Книга Академия Космического Флота: Спасатели, страница 94 – Селина Катрин

Часть дверей в жилые каюты оказалась закрытой. Те из соотечественников, кто не спал, — кемарили, полусидя на кроватях. Кто-то матерился на чём Вселенная стоит, детского плача, к счастью, на этот раз не раздавалось.

В лазарете подвывала Багила. Какой-то осколок металлического прута воткнулся ей в ногу, когда она ловила шварха под предводительством Селвина, и теперь девушка неумело обматывала бинтами стопу, тратя последние запасы медикаментов. Я вздохнула, села на корточки около красотки и принялась разматывать странное сооружение, больше похожее на плохо сложенный рулон ткани.

— Ты рану обрабатывала? — спросила, отбросив всякие расшаркивания.

— Д-да. — Девушка всхлипнула. — В первый раз Селвин помог, но бинты испачкались, надо поменять…

— За что вы его так побили-то, если он тебе помог?

Багила отвела взгляд, прикусив губу.

— Я не била. Это были Венцеслав и Агап из двенадцатой каюты.

— Но упала в обморок, когда увидела его три пары рук, — укоризненно сказала и присвистнула, осмотрев рану. Небольшая по площади, с монетку, но очень глубокая. Как только прут насквозь стопу не пробил? Хорошо, что Селвин обработал сразу: от таких травм без должной медпомощи на Захране гангрены начинались.

— Но ты не сказала, что он урод! — внезапно начала защищаться соотечественница. — Ты обязана была!

Я изумлённо подняла брови.

— Что, простите?

— Кристина, ну ты же человек! Девушка! Одна из нас! — тем временем продолжала бросаться обвинениями захухря, чем ещё больше поразила: оказывается, она знает моё имя, но до сих пор предпочитала его не употреблять. — Как ты могла промолчать о том, что половина экипажа, а точнее, почти весь — уроды?!

— Они — не уроды, — сказала я, жёстко затягивая бинтом ногу. — И на их способности управлять «Солнечным ветром» внешность не влияет. Наоборот, благодаря тому, что у Селвина три пары рук, он может одновременно делать то, с чем бы ты физически не справилась.

Багила пристыженно замолчала.

Я закончила работу и направилась в инженерный отсек. Аскелл на этот раз выглядел совсем уж уставшим. Темно-серые мешки под глазами свидетельствовали о том, что парень ещё не смыкал глаз. Но на еду он набросился, словно голодал трое суток — не меньше. На выходе в дверях я столкнулась с Дениз, которая пришла из рубки подменить Лесли.

— Ой, да ладно тебе, ты же тоже не спишь всё это время, — вяло отмахнулся Аскелл.

— Я подремала в кресле пилота, а тебе надо поспать хотя бы пару часов, — настаивала цваргиня. — Отремонтировать компрессор я уж как-нибудь справлюсь.

— Ну вот иди и поспи сама.

— Нет, Аскелл, ты должен отдохнуть. Ты наш главный механик, не приведи ещё какая беда при посадке случится.

— Я дотяну до посадки.

— Ещё сутки?

— Да тут ерунда осталась…

— Вот ерунду я и отремонтирую. Поспи!

— Ты девушка, тебе важнее.

— Я цваргиня, мы быстрее восстанавливаемся, а ты — человек.

Спор о том, кто должен отдыхать первым, показался мне бесконечно трогательным. Я и раньше замечала, что восьмая группа умеет работать как единый механизм, но сейчас впервые осознала, насколько эти гуманоиды близки: даже в такой ситуации онизаботилисьдруг о друге.

Когда Аскелл был выдворен за границу инженерного отсека, цваргиня обернулась.

— Прости, Крис, — сказала она, шумно выдохнув и поправив выбившуюся из узла волос прядь. Как и у всех на борту, у Дениз не было времени принять душ и сделать элементарные бытовые вещи, но даже такая — уставшая, в комбинезоне в пятнах и с наскоро собранным пучком на голове, — она выглядела лучше, чем любой член экипажа.