Книга Академия Космического Флота: Спасатели, страница 159 – Селина Катрин

Я вывалила на шаутбенахта всю правду. Звучала она, мягко говоря, не очень, но я понимала, что от этого мужчины уже не отделаться. Раз уж Вселенная именно в такой важный момент столкнула нас в лифте, то делать нечего — надо говорить как есть.

Несколько секунд шаутбенахт смотрел так, что я была уверена — наорёт. Как пить дать наорёт. Но вместо этого Гассо-Тьен-Тэр нахмурился, крутанулся на каблуках и коротко бросил:

— Я чувствую, что пожалею об этом, но пойдёмте. Отведу вас к Хестеру.

— А кто он по званию, сэр? — Я бы подпрыгнула от нетерпения, если бы не боль в стопе.

Меня смерили очередным хмурым взглядом.

— Генерал.

Кристина Соколова

Пока мы замысловатым путём шли до кают-кабинета генерала, я вдруг подумала, что понятия не имею ни о внешности генерала, ни о его полном имени. На изображения чаще всего помещали мужественный профиль с яркой символикой Космического Флота, но догадаться по нему, к какой расе принадлежит мужчина, невозможно: пикси, ларк, человек, миттар… это мог быть кто угодно. Разве что по отсутствию рогов-резонаторов можно сказать, что не цварг.

Странно…

Только поднапрягшись, я вспомнила, что Ивес в разговоре с Хэлом как-то употребил словосочетание «генерал Хестер». Да, действительно, я однажды слышала его фамилию.

Дверь в кают-кабинет самого высокого по званию офицера тоже оказалась спрятанной от лишних глаз. Клянусь, даже если бы я искала нужное место, то прошла бы мимо, подумав, что это очередная стеновая панель. Но нет, шаутбенахт точно знал, куда идёт.

Стремительно печатающая на компьютере секретарша бросила на нас короткий взгляд и тут же сказала:

— Господа, генерал просил не беспокоить.

— По личному вопросу, — отозвался Гассо-Тьен-Тэр, не сбавляя шага.

Разумеется, я юркнула вслед за ним.

Длинный горизонтальный иллюминатор и широченный «подоконник», на котором запросто можно было бы лечь спать, показались мне сюром — так сильно эти детали напомнили мансарды с картинок дорогих коттеджей. Мне всегда казалось, что хозяева таких «подоконников» спят именно на них, а не на мягких двуспальных кроватях.

Отлипнув от необычного иллюминатора, я обвела взглядом вполне стандартное помещение и немолодого шестирукого мужчину в огромном кожаном кресле. Мундир генерала был увешан множеством металлических знаков отличия, на плечах сияли золотые эполеты, и через грудь тянулась ярко-алая лента. Я подозревала, что свободная синяя ткань у генерала видна разве что на спине. Лицо мужчины было красивым, несмотря на многочисленные морщины. Если сопоставлять с человеком с Захрана, я дала бы ему лет сорок пять или пятьдесят, но по-военному короткая стрижка, не скрывающая неровный край ушной раковины, и шесть рук напоминали: передо мной не человек.

— Шаутбенахт Гассо-Тьен-Тэр? — Мужчина посмотрел на нас, вопросительно выгнув седую бровь. — Чем обязан?

— Гхм-м. — Шаутбенахт кашлянул, и внезапно его голос оробел: — Я привёл кадета Кристину Соколову. Она настаивает на встрече с кем-то из вышестоящего руководства…

— Адмирал Леру и другие члены совета адмиралов освободятся через пару часов, — холодно перебил генерал, но шаутбенахт мужественно продолжил:

— Кадет искала мужчину-пикси.

Меня смерили таким ледяным взглядом, что я чуть не зажмурилась. Я готова была к тому, что на меня сейчас обрушится ещё одна отвратительная речь о расизме и неподобающем для курсанта Академии поведении, но генерал лишь отложил бумаги в сторону и бросил: