Книга Мой сводный с Цварга, страница 20 – Селина Катрин

Арно Рошфор внезапно поджал губы и отвернулся, побарабанил пальцами по столу. Ментальный фон тоже резко изменился. Я не мог понять, что именно чувствует отец, это было похоже на какое-то… то ли замешательство, то ли смущение. Даже не знаю, как назвать верно.

— Я очень люблю твою маму, но так было не всегда, — наконец выдал Арно тихо. — У меня не было привязки долгие десятилетия, и в моё время это считалось нормой. Я рад, что Лана со временем вошла в мой ближний круг, но… Яр, это же ведь необязательно для счастливого брака, понимаешь? Схожее воспитание, взаимное уважение, доверие, любовь женщины… Поверь, этого более чем достаточно. Тем более речь о чистокровной цваргине. Подумай, пожалуйста, ещё раз, прежде чем отказываться от выгодной перспективы иметь семью.

Я молчал, чувствуя, как внутри разгорается ярость. Слова отца, его упрёки, это снисходительное «подумай ещё раз» — всё это било как молот по свае.

— Отец, а если у меня уже сформировалась привязка? — выдавил я, ощущая, как каждое слово даётся с трудом.

— К кому, например? — насмешливо фыркнул Арно.

Он замер, развернулся ко мне, и его взгляд стал холодным, настороженным. В воздухе повисло звенящее напряжение. Горло сжалось, но я всё-таки собрался с духом:

— Ну… к Айлин. Мы много времени проводим вместе.

В ту же секунду его лицо исказилось, словно я только что плюнул ему в душу. Взгляд потемнел, а в ментальном фоне опалило настоящим пламенем гнева.

— Ты… Ты что только что сказал?! — прошипел он, его голос задрожал от едва сдерживаемых эмоций. — Даже не шути так, Яранель!

— Я не шучу.

— Нет, определённо, у тебя не закончился пубертатный период! — выкрикнул он, с силой ударив по столу. Звук разлетелся по комнате раскатом грома. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Это отвратительно, это… это извращение!

Я стиснул зубы, но промолчал, а он продолжал, не давая вставить ни слова:

— Мало того что это звучит дико, ты хоть на секунду задумался о том, что она пережила? Вспомни, чего она натерпелась на родине, как долго приходила в себя! Да она два года шарахалась от мужчин и выпускала шипы при виде газонных ножниц, ассоциируя их с пыточными инструментами с Террасоры. Ты должен был быть для неё опорой, защитником, а не… — Он оборвал фразу, махнул рукой, словно отталкивая саму мысль. — Если у тебя есть хотя бы капля совести, то ты больше никогда об этом даже не заикнешься. Всё! Разговор окончен! Спокойной ночи, Яр, — сказал он резко, отворачиваясь от меня. — У тебя трое суток, чтобы принять правильное решение. И да, с этого момента я запрещаю тебе приближаться к Айлин! А если ослушаешься, клянусь, лично напишу на тебя заявление в Системную Полицию.

— Спокойной ночи, — процедил и вышел прочь.

Мог ли отец подать на меня, собственного сына, заявление в Системную Полицию? Да. Ещё как. Отец вообще из тех цваргов, за кем не заржавеет.

С точки зрения Аппарата Управления Цваргом, мы с Айлин — брат и сестра, и на этом точка. Нас воспитывали в одной семье, и мы обязаны испытывать друг к другу только родственные чувства. Это закон общества, как и многие другие: например, запрет на воздействие без острой необходимости или выжигание мозга другим существам. Собственно, именно благодаря соблюдению этих правил с нами сотрудничают планеты ФОМ[2]. А благодаря цваргиням, их осознанности и выполнению долга выйти замуж к пятидесяти за чистокровного или полукровного[3] цварга, наша раса вообще существует. Мораль и сознательность — основа, на которой держится весь Цварг.