Книга Агент таурель-класса, страница 95 – Селина Катрин

Лаборантка отрывисто кивнула и неожиданно обратилась ко мне:

— Ох, Лейла, я совсем забыла про тебя, а ты ведь тоже в нашей команде. Ты как? Ты планировала попасть на Тур-Рин и весело провести время в казино и спа-центрах, а в итоге пришлось пережить такое, что в страшном сне не приснится. У меня есть несколько блистеров успокоительного. Надо?

«На цваргиню не подействует, даже если я выпью всю упаковку за раз…»

— Спасибо, не стоит. Я в порядке.

Пока мы шли, я предпочла погрузиться в размышления и задействовать все уголки сознания, чтобы проанализировать ситуацию на Ларке. Сейчас, когда первая волна шока прошла, можно было спокойно подумать. «Последний раз, когда местные разрешали сфотографировать Ларк из космоса, территории пустынь были крайне малы».То есть они всё-таки были, но потом начали расширяться. Как давно это произошло? Лет пятьдесят назад? Или все сто пятьдесят? Нормальная скорость распространения пустынь на обитаемых планетах – до шести-восьми километров в год.

Я механически переставляла ноги, тщательно прокручивая в голове события недавнего прошлого и собственные ощущения. Что меня так напрягло при первом же взгляде на белоснежный песок? Я ведь совершенно точно не хотела идти к одинокому валуну, но просто вариантов не оставалось. Почему интуиция сразу забила в набат?

На Цварге не было пустынь, и я себе плохо представляла, как они должны выглядеть вживую, но мне неоднократно попадались картинки похожей местности в инфосети. Может, меня напряг цвет песка? Обычно он жёлтый, от светло-ванильного до тёмно-горчичного. Возможно, дело в том, что он был молочно-белым?

«Нет, – возразил внутренний голос. – Песок бывает чёрным вулканическим, ярко-жёлтым канареечным и даже розовым, на берегах тропических островов. На Миттарии известны пляжи с синим и фиолетовым песками, которые образуются из-за большого содержания перемолотых фосфоресцирующих кораллов. Дело точно в другом».

Я мотнула головой, пытаясь вспомнить всё, что знала о пустынях. На М-14^[7], к примеру, где проводились самые известные на всю галактику аэрогонки, на записях с голокамер были видны скалы, покрытые юккой, алоэ и песчаной акацией. Когда участники вылетали с трасс, то их искорёженные гоночные флаеры часто попадали в густые заросли верблюжьих колючек. От такого столкновения всё мгновенно вспыхивало, и участники могли запросто погибнуть, так и не успев выбраться из железной коробки… Если бы растительности на М-14 было меньше, а песка больше, то трассы были бы куда более безопасными. На человеческом Захране на территории пустынь и вовсе росли высокие кактусы, спели арбузы, а время от времени голоканал «Экзотические Миры Федерации» показывал рослых горбатых животных, с громким чавканьем жующих эти растения.

Выходит, здесь, на Ларке, подсознание сразу отметило абсолютную безжизненность песков, и именно эта странность заставила так сильно напрячься. И как показало нападение хтэрра – не зря. Очевидно, эти твари поедают всё, что видят, будь то растения или животные, оставляя после себя лишь безжизненные крупные валуны, да и те песчаные черви явно пытались облизать и проглотить. Иначе с чего последним быть такими ядовитыми?

Кожа на ладонях стремительно затягивалась от полученных волдырей, но я прекрасно отдавала себе отчёт, что мне повезло: и с врождённой регенерацией, и с тем, что Арх-хан захотел помочь.