Книга Агент таурель-класса, страница 199 – Селина Катрин

— У тебя всё ещё нога болит. – Этот силач неодобрительно поджал губы. – Ты не против, если я отнесу тебя в лагерь на руках?

— Я… я… тяжёлая… – только и смогла проблеять.

— Глупости. – Терекх отрицательно покачал головой. – Ты вообще пушинка. Наши женщины гораздо крупнее и тяжелее.

«Их женщины…».

Ну да, в принципе логично, жир ведь легче мышц… Я обвила руками крепкую шею ларка и прижалась к обнажённой груди. Когда ещё доведётся попутешествовать на руках такого потрясающе сильного мужчины? Никогда, наверное… надо брать от жизни всё. Словно не заметив поползновений в свой адрес, Терех невозмутимо двинулся по дорожке обратно в лагерь.

— Ларчанки любят и ценят независимость, а свобода в некотором смысле равносильна силе. Многие из деревенских самок тренируются наравне с защитниками, но мне всегда казалось это странным. Я считаю, что женщина должна быть мягкой.

Ой, это он мне комплимент пытается сделать и поддержать? Я растроганно шмыгнула носом и пробормотала в ответ:

— У меня с собой в рюкзаке банка ореховой пасты есть. Я с собой взяла в качестве стратегического запаса. Ты меня когда донесешь до спальника, оставайся, попробуй. Очень вкусно.

Даниэлла (Даня Медведь)

Я смотрела на мужчину в чёрных одеждах с внушительными обсидиановыми рогами, на его резкие, но скупые движения, на чётко очерченные скулы, длинные, как у пианиста, пальцы и понимала, что попала. Никогда не верила в любовь с первого взгляда, ерунда это полная, но этот мужчина… точнее, цварг, зацепил. Я просто не могла выпустить его из поля зрения. Смотрела и смотрела, как загипнотизированная профессиональным иллюзионистом.

— Дорогая, осторожнее, ты в нём дыру прожжёшь. – Подруга вернулась с двумя рожками мороженого и протянула один мне. – Вот твой.

Жесты, аура, глубокие вибрации голоса цварга – всё в нём было идеально.

— Ты знаешь, кто он? – протянула я, так и не взяв мороженое из рук подруги.

— Кто? А, о-о-о-он. – Ульянка сделала вид, что не поняла, о ком я, но потом всё же шумно вздохнула. – Это эмиссар высшего звена Фабрис Робер, Служба Безопасности Цварга. Неприлично богат, красив и… глубоко женат. Забудь, дорогая. Говорят, он даже не смотрит на женщин.

— Улавливаю логическое противоречие между словосочетанием «глубоко женат» и «даже не смотрит на женщин», – ответила машинально, пожирая взглядом мужчину.

Чёрные рога переливались матовым блеском в лучах местной звезды и как будто бы поглощали солнце. Интересно, какие они на ощупь? Гладкие или шершавые? Тёплые или костяные? Вселенная, а какой шип на хвосте… Мурашки пробежали по коже, когда мне подумалось, что одним таким взмахом мужчина может, в общем-то, даже переломать хребет.

Словно услышав мои мысли, Вселенная решила продемонстрировать возможности конкретно взятого цварга. Стройка шла вовсю, один из рабочих-пикси споткнулся на пустом месте, и пентапластмассовые доски посыпались из его рук. Оказывается, даже шесть верхних конечностей – не панацея. Пикси попытался схватить всё выпавшее, но стройматериалов было слишком много. Одна из досок отъехала в сторону, край свесился за недоделанный балкон без стеновых панелей, неуклюжий рабочий толкнул ботинком доску, вместо того чтобы наступить на край… Я даже вскрикнуть не успела. Длиннющая пентапластмассовая балка сорвалась с пятого этажа здания точнехонько в девочку, которая шла к палатке с мороженым, так неудачно расположенной рядом со строительным забором. Эмиссар, стоявший по другую сторону забора, каким-то чудом почувствовал опасность, задрал голову, а в следующий миг уже перемахнул через забор и вместе с девочкой откатился в сторону. Два куска пластиковой доски валялись поодаль. Лишь годами натренированное зрение и внимательность дали мне уловить момент, когда он рассёк хвостом балку. Фабрис встал с асфальта, помог подняться девочке, а затем обернулся к рабочим. Он не повышал голоса, – я бы отсюда услышала, – но те мгновенно побледнели от страха.