Книга Каролина. Часть четвертая, страница 53 – Мэри Ли

— Откуда ты это знаешь?

— Миранда передала мне несколько пробирок.

Хмурюсь и пытаюсь понять, когда Миранда могла это сделать? И прихожу к выводу – они пересекались уже после того, как Брайан покинул Салем.

— Когда? – спрашиваю я.

Брайан словно не слышит моего вопроса.

— Повторить нечто подобное с кем-то еще невозможно, – подтверждает он.

— Да. Она ведь не знает, что я и Адриан никогда не были близки в физическом плане. Элли уверена, что мы живем полноценно, как муж и жена. Поэтому мои дети…

— Наши.

Дыхание спирает, но я не концентрирую разговор на замечании Брайана. Но и не могу оспорить факта, что это самое замечание придает больше уверенности. Словно показывает мне: «Эшли, ты не одна в этой борьбе».

— Элли думала, что станет бабулей ребенка, рожденного от сверхчеловека и Каролины. Она хочет забрать их у меня, чтобы продолжить опыты с более подходящими экземплярами, – заканчиваю я.

— Она их не получит.

Как же я на это надеюсь.

— Брайан, Элли должна умереть. Она ни за что не прекратит. Эта женщина издевалась над собственным ребенком, лишь бы из него получилось то, чего она желает. Если бы я могла убрать ее самостоятельно, то не пришла бы к тебе. Не стала бы просить об этом.

— Ты все правильно сделала.

Надеюсь.

— Знаю, что с тобой приехал доктор. Мне нужно с ним поговорить.

— С ней, – поправляю я. – Зачем?

— Это и мои дети тоже, хочу узнать о них больше.

В груди щемит.

— Они необычные. Развиваются быстрее стандарта.

Рассказываю Брайану все, что знаю сама, он не перебивает, внимательно слушает.

Впервые за все время я чувствую шевеление внутри и вздрагиваю, схватившись за край стола.

— Что случилось? – напряженно спрашивает Брайан и в следующею секунду уже сидит передо мной на колене. Напряженно смотрит в лицо и спрашивает: – Тебе больно?

— Они… зашевелились. Это первый раз.

Он опускает взгляд на мой живот.

— Можешь потрогать, – шепчу я.

Брайан опускает горячую ладонь на мой живот и через пару мгновений ощущает удар. Улыбается. Улыбается так, что у меня замирает сердце. И только в этот самый миг я понимаю, что действительно все сделала правильно.

Две недели проходят, как один день. Чувствую себя погано. Ноги превратились в поленья, они стали, кажется, в два раза больше обычного. Миллиган говорит, что это отек, я же называю это безобразием. Доктор назначает капельницы каждый день. Откуда она берет лекарства? Миллиган сказала, что сообщает о необходимом Брайану, а он уже где-то все достает. Могу предположить, что он грабит чужие города. Чувствую ли я по этому поводу какие-то переживания? Нет. Знаю, что он может пробраться куда угодно, взять, что нужно, и выйти незамеченным.

Кроме опухших ног, есть еще список недомоганий, который может прикончить меня быстрее, чем дети выберутся наружу.

Я стараюсь гулять по закрытому городу, но здесь недостает солнечного света, свежего воздуха и ветра. Люди, живущие в Ани, лишены многого – того, чего обычный житель Дэйли, Салема, Ротона и других городов не замечает.

Кроме безопасности, дарующей Ани, чувствую себя в клетке. Не думаю, что ощущала бы что-то подобное, если бы жила, как обычные люди, а не была большую часть жизни в заточении на фермах. Все чаще вспоминаю лицо отца перед тем, как он опускал крышку гроба надо мной.