Книга Кровная месть, страница 95 – Аелла Мэл

— Она тебе тоже рада, представляешь? Я удивлён. Айлин, наша малышка рада этому старику, вон как улыбнулась.

— Какая вредная малышка, — подходит Ризван. — Дяде, значит, не улыбаемся, а этому старику, пожалуйста. Я не понял, почему мою принцессу держите в дверях? А ну, прошли все в гостиную, там её кроватка ждёт. Розовенькая, с игрушками, красивая, как и сама хозяйка. Вот только имени там нет. Не говорят твои родители нам, как тебя зовут.

— Я сказал, у вас три попытки, — усмехается Эльхан, ведя дедушку в гостиную. За ними идём все, остаются только Имам и Ихсан смотреть друг другу в глаза. Все в ожидании смотрим на них.

— Азиза, — говорит Ризван, заставляя всех очнуться.

— Камила, — не отводя взгляда от Имама, отвечает брат.

— Наиля.

— Зульфия.

— Так, у вас последняя попытка, — Эльхан подходит ко мне и обнимает за плечи, после чего шепчет на ушко: — Я не могу решить за них их проблему, но не позволю устроить драку.

— Понимаю, — грустно отвечаю мужу.

— Словно имя от себя придумали! — ворчит Ризван. — Ладно, Оксана. Нет? Ну бли-и-и-ин! Ихсан, твоя очередь. Хоть ты поставь их на место, а приз разделим. Как друзья.

Ихсан долго молчит, смотря Имаму в глаза, тот тоже не отводит взгляд, вцепившись в коляску руками. Эльхан говорил, что им занимаются врачи, массажисты, но пока никаких продвижений нет. Ноги всё так же не реагируют ни на что.

— Самира, — выдыхает в тишине брат, словно сам удивлённый. — Самира, — говорит уже уверенно. — Малышку зовут Самира.

— С чего ты это взял? — щурится Эльхан. Имам и остальные в шоке замерли.

— Зная Айлин, только она могла назвать свою дочь в её честь. Только она пожелала бы ей другой судьбы, — голос брата дрожит. — Клянусь оберегать её ценой собственной жизни!

Не могу сдержать слёз и, уткнувшись мужу в рубашку, плачу. В гостиной слышны только мои всхлипы, но я не могу успокоиться.

— Я встану на ноги и буду сам её защищать! — голос Имама звучит как что-то нереальное. — Это я клянусь своей жизнью защищать её!

— Вот и отлично, — хлопает Ризван. — Будете вместе, дружно вдвоём защищать её, а я буду баловать. Меня все устраивает.

— Не спеши, — усмехается Эльхан. — Я ещё не уверен, что могу доверить им дочь.

— Почему? — восклицают оба и смотрят друг на друга со злостью.

— Пусть сначала между собой все дела уладят, а потом я проверю, достойны они приближаться к моей дочери или нет. И да, дед, тебя тоже это касается. Хочешь видеть и общаться с моей Самирой — прекрати вести себя как гавнюк и поговори с другим дедом. У вас на всё про всё год.

— Я…

— А будете ерепениться, вообще увеличу на десять лет. И кто знает, останетесь вы к тому времени в живых или нет. А да, вместе с вами увеличивается срок и у этих молодых людей. Я всё сказал, а теперь можете знакомиться с малышкой-Самирой, разрешаю только сегодня.

Имам с Ихсаном держат дистанцию, хмуро переглядываются и молчат. Дедушка подходит к малышке и, положив рядом золото, коротко улыбается, а потом, словно ничего и не было, отходит. Вредный старик, это точно.

Дядя с тётей также подходят и кладут золото. У тёти на глазах слёзы, и вдруг она снимает тонкую цепочку с шеи и кладёт рядом с малышкой.

— Эту цепочку очень любила моя дочь. Пусть она оберегает теперь тебя.

— Тётя…

— Спасибо, — берёт меня за руки и целует. Изумлённо смотрю на склоненную голову. — Ты облегчила мою боль. Я буду заботиться о ней как о своей дочери, если позволишь. Обещаю, что не причиню ей боли. Честное слово. Можешь камеры везде поставить и следить всю жизнь, но я… я не буду делать ей больно, как делала тебе.