Книга Кровная месть, страница 33 – Аелла Мэл

— Как не помогу? Ещё как помогу. Ты, лунный свет, говори, если этот придурок тебе что-то скажет или не так посмотрит. Мы его мигом присмирим. — с этими словами он идёт к другому концу стола, берёт оттуда стул, предназначенный для жены главы, и несёт его ближе. Думала, поставит рядом с тётей Мадиной, но он подвинул немного стул Эльхана и поставил рядом второй. Все в шоке смотрят на это. Как не смотреть? Никогда ещё жена главы не сидела рядом с мужем.

— Пойдём, — тянет за руку Эльхан и подведя к столу, указывает на стул. Ризван ждёт, пока я присяду, чтобы подвинуть его. Я не знаю, как себя вести в этом случае. Беспомощно оборачиваюсь и сталкиваюсь с тёплым взглядом свекрови.

— Ты теперь хозяйка этого дома, и твой муж лично выделил тебе твоё место. Никто не смеет, противоречить ему. Садись, милая.

— Эльхан, что ты творишь, сынок? — голос дедушки сел. Звучит беспомощно. Остаюсь стоять. Но Эльхан берёт за плечи, и не обращая внимания, как я съёжилась, усаживает на стул.

— Ты, кажется, сказал ей, что она никогда не станет женой главы? — потрясённо вскидываю на него взгляд. Откуда он знает о словах дедушки? — Смотри, дед, она не только жена главы, она теперь хозяйка этого дома. Её слово — моё слово!

Мамочка, забери меня домой. Не хочу я этой власти. Не хочу быть хозяйкой всего этого. Они же меня со свету сживут за такое. Вон как Имам скрипит зубами, а тётя Мадина? Так, она вообще без сил опустилась на стул.

— Ты хоть понимаешь, кому и какие права дал? — опять орёт дедушка.

— Понимаю. Своей жене, её законные права. — и садится рядом на стул. — Хватит разговоров, пора завтракать. И так подзадержались.

В гробовой тишине все рассаживаются по своим местам. Тётя Алсу ставит передо мной тарелку и приборы. Смотрю на них и не могу коснуться. Руки сцепила под столом. Я не помню, когда в последний раз сидела за столом и ела. Страшно даже прикасаться к приборам.

— Что тебе положить? — не знаю, к кому обращается Эльхан, но явно не ко мне. — Айлин?

— Слушаю. — поднимаю голову и, встретившись с чёрными глазами, опускаю взгляд.

— Что тебе положить? Кашу, сырники, яичницу? Или хочешь чего-то другого?

— Мне? — нервно оглядываюсь. Все смотрят на меня. Тётя Мехрибан и тётя Алсу с улыбкой, а вот остальные… Мне кусок в горло не полезет под уничтожающими взглядами. Особенно под взглядом Имама. Вдруг он сейчас ослушается главу и нападёт на меня? — Я не голодна. Спасибо.

— Понятно. Мам, налей нам чаю, пожалуйста.

— С собой?

— Да. Мы поднимемся к себе. И скоро здесь будет твоя помощница, пусть перенесёт вещи Айлин в нашу комнату. Пойдём? — встал и смотрит на меня. Гулко сглотнув, поднимаюсь. Тётя Алсу передаёт поднос с двумя чашками чая и с пиалой конфет. Протягиваю дрожащие руки, чтобы взять его, но Эльхан опережает меня. — Чтобы я больше не видел, что ты таскаешь что-то.

В смысле? Мне запретили что-то таскать? А как же работа по дому? Готовка? А…

— Идём. Ризван, объясни нашей семье новые правила. И вбей им в голову кто хозяйка и как надо с ней обращаться.

На дрожащих ногах иду за ним. Что за новые правила? Как нужно со мной обращаться? Что мне можно делать? Господи, опять изменения. У меня скоро сердце не выдержит.

В доме три этажа. Комната дедушки расположена на первом этаже. На втором, четыре комнаты. Две из которых принадлежат Имаму и его родителям. А вот третий этаж… Туда я никогда не ходила, дедушка сразу сказал, чтобы и близко не подходила. В чём причина была, не знаю, но сейчас меня Эльхан ведёт именно на третий этаж.