Книга Ботаник на рыбалке, страница 39 – Дарья Донцова

— Иришенька, ты ни в чем не виновата. Просто… ну, внешне ты необычная. И рост маленький, и веса совсем нет.

— Лена стишок не рассказала, заревела, убежала — так люди за ней бросились, — всхлипывала воспитанница. — А я и пела, и плясала, «У Лукоморья дуб зеленый» красиво прочитала, но они даже не улыбнулись.

— Понимаешь, — осторожно начала Клавдия, — точно неизвестно, кто тебя на свет родил. Внешность… наверное… ну, мать у тебя наша, русская, а папа, возможно, из Африки. Понаехали в Москву со всего света разные люди. Поэтому тебя и бросили сразу после рождения — мамаша не хотела, чтобы кто-то про ее грех узнал. Когда ребенка из интерната домой забирают, ищут такого, чтобы дитя на приемных родителей внешне походило. Люди-то как поступают? Выберут малыша, застолбят его за собой, начинают документы оформлять, одновременно квартиру обменивают. На новое место жительства уже втроем въезжают. Соседи не удивляются — муж, жена и ребенок, обычная семья. Порой кто-то из дураков способен сказать: «Сын совсем на вас не похож». Но мать засмеется: «Да! Он у нас в деда пошел». Все, конец сплетням! Ты очень красивая, но за версту видно, что не русская кровь.

После того разговора Ирочка перестала плакать.

В двадцать лет она стала женой ювелира Петра Михайловича. Тот старше супруги, обладал своей трехкомнатной квартирой, машиной «Москвич» и дачей на Николиной Горе. Правда, все это богатство заработали его родители, известные ученые, сын просто получил наследство. Два года пара жила счастливо. Петр мог уехать к заказчику в другой город на несколько дней, но он всегда возвращался домой с подарками, как правило, ювелирными изделиями. Просил жену надеть колье и серьги и лечь в них в постель, и Ирочка не возражала. Все вокруг считали Николаевых счастливой парой.

Но и на солнце есть пятна. Раз в три-четыре месяца Петя безо всякой причины становился злым, мог наговорить супруге гадких слов, ударить ее. Потом уезжал в очередную командировку и возвращался опять таким, каким Ириша его полюбила, ласковым, добрым, заботливым, привозил очередной ювелирный подарок и цветы. За эти минуты раскаяния Ириша обожала супруга. У нее, детдомовки, никогда не было примера правильной семейной жизни, а почти все мужчины в доме, где она получила квартиру, пили каждый день, били жен и детей. На их фоне Петр был просто светлым ангелом. Ну наваливается на него раздражение, так всего три-четыре раза в год! И на водку супруг даже не смотрел, и деньги в дом приносил, и жену любил. Можно было простить такому редкие зуботычины.

Потом на свет появилась Алена. Петя встретил Ирину из роддома с букетом, но потом признался, что очень хотел мальчика. После той беседы жизнь пары изменилась. Петя стал чаще пропадать на несколько дней, но возвращался, как всегда, с подарком, благостный и тихий, обнимал супругу, вел ее в постель. И он по-прежнему просил Иру лечь вместе с ним, надев новое украшение. Супруга не спорила.

А потом случился ужас.

Петр укатил в какой-то город по делам, а поздним вечером неожиданно позвонили в дверь. Ира глянула в глазок, увидела группу людей — кто в милицейской форме, кто в штатском, — распахнула дверь и дрожащим голосом осведомилась:

— Что-то случилось с Петей?

— Ваш муж здоров, — ответил один из незнакомцев. — Где мы можем поговорить?