Книга Агент Север, страница 16 – Сергей Журавлев

— Характер выстоял, выдержал, а организм подвел, – констатировал молодой человек.

— Олег, ты спортсмен с большим опытом выступления на соревнованиях, поэтому умеешь хорошо регулировать свое эмоциональное состояние. Ведь так?

— Настроиться на выход к снаряду, избавиться от мандража я могу.

— Вот и хорошо. Когда задают вопрос, он сначала попадает в мозг и тот уже дает команду на то или иное реагирование. Вот если ты в этот промежуток сможешь вспомнить яркую эмоциональную картинку или событие, неважно, положительное или, наоборот, печальное, ты сможешь перебить накалом эмоций след от ответа на вопрос.

— То есть я смогу более сильной эмоцией, не относящейся к вопросу, перебить действительную.

— Верно. Наиболее сильные эмоции связаны с сексуальными ситуациями и событиями смерти. Оператор просто не сможет поставить точный диагноз, где ты соврал, где нет.

— Какой вариант предпочтительнее?

— Эротический образ возникает быстрее и дает более мощный всплеск, но может быстро угаснуть. Тема, связанная со смертью, держится гораздо дольше.

Соседом по комнате оказался рослый американец лет тридцати, вежливый, улыбчивый. Теперь они оба были одеты в одинаковую полевую военную форму без знаков различия. Он назвался Стивеном. Пока Олега проводили из подвала к месту нынешнего проживания, он с удивлением понял, что это старинный дом с высокими потолками, паркетными полами, узорчатыми окнами, мощными дубовыми стропилами, потемневшими от времени. Особенно его впечатлила широкая каменная лестница с резными перилами и балясинами. Комната оказалась не очень большой, но уютной. Две кровати, опять же старинный шкаф, письменный стол у окна, два кресла. Дверь в душевую и туалет. Из окна открывался вид на внутренний двор-колодец. Со всех четырех сторон двор огорожен домами. Выходы на север и на юг через овальные арки.

Олега предупредили о запрете расспрашивать коллег об их прошлом и полученных заданиях. Стивен умело играл роль хорошего парня, рассказывал о порядках в «монастыре», обещал сводить в город в ближайшие увольнительные, показать самые интересные места, бары, другие увеселительные заведения. По секрету, как новичку, советовал перед походом на полиграф засунуть кнопку в башмак и при неприятном вопросе давить на нее. Уверял, что это проверенный надежный способ обмануть прибор.

На следующий день, утром, после обязательной зарядки и завтрака новобранца повели снова в подвал, но теперь в комнату, набитую всевозможными приборами. Предварительно его довольно бесцеремонно обыскали, даже заставили разуться. Олег понял, что его догадка о Стивене как подставной фигуре, предназначенной для контроля за ним, верна. Если бы обнаружили кнопку в башмаке, то это говорило бы о том, что Ковтуненко есть что скрывать.

— Что скажете, доктор, про нашего испытуемого? – Спецагент ЦРУ с нетерпением дождался, когда специалисты обработают материалы проверки Олега на полиграфе.

— Случай оказался непростым, мистер Форд, – сотрудник задумчиво протирал очки.

— Он не тот, за кого себя выдает, или есть признаки обмана? – сделал стойку оперативник.

— Нет. Молодой человек вел себя корректно, даже доброжелательно, но у него оказалась очень реактивная психика.

— Он что, псих?

— Нет, это не болезнь и не отклонение, это просто особенность нервной системы. Ему свойственны непроизвольные и, главное, непредсказуемые реакции в ответ на внешний раздражитель. Его эмоциональная, чувственная сфера доминирует над рациональной, логической. Эмоциональный ответ опережает осознание вопроса.