Книга Бой на далекой реке, страница 25 – Александр Тамоников

— Интересно, будут ли нас встречать в Пекине? — неожиданно сказал Дубко громко и добавил: — Как мы договаривались, я взял нам билеты в первый класс, надеюсь, что в этом поезде будет вагон-ресторан, если честно, с удовольствием бы пообедал.

Учитывая, что население КНР вело скромный образ жизни, такое заявление, пусть и на английском, выглядело легким издевательством, но этого хватило, чтобы Богданов убедился в своей правоте. Да, трое, военные под прикрытием. Он еле заметно кивнул Дубко и подхватил:

— Да, я тоже на это надеюсь. Если честно, путешествовать на перекладных — не самое приятное дело, буду рад немного отдохнуть и перекусить. Моя спина и ноги будут мне благодарны за мягкое сиденье.

— Господа, прошу прощения, что задержался.

А вот и провожатый. Официальный провожатый.

Из толпы, которая становилась все плотнее, отделился довольно высокий местный, который, как оказалось, прекрасно говорил по-английски, с еле заметным акцентом.

— У вас замечательный английский, — тут же похвалил его Богданов с удивительной смесью радости от того, что их поняли, и выражением легкого недоумения, что весь мир все еще почему-то не говорит на английском.

— Благодарю, меня зовут Лян Дэн, в партии в отделе по работе с иностранными гостями меня попросили встретить вас и проследить, чтобы вы добрались до Пекина и благополучно разместились.

Лян Дэн говорил чуть архаично, слишком правильно выстраивая предложения. Судя по его возрасту, он застал все стадии гражданской войны в КНР и сейчас занимал немаленький пост. Он держался чуть отчужденно, и аура уверенности словно отталкивала местных, хотя китайцы, как уже успел заметить Богданов, явно любили толпу и не особо ценили личное пространство, временами подходя слишком близко. Одет он был строго, но не по погоде. Скорее всего, ехал на машине.

— Тогда следуйте за мной, места в первом классе в первом вагоне. Для краткости можете звать меня товарищ Дэн.

Как оказалось, следили за бойцами даже не трое, а пятеро, и все они двинулись вперед вместе с Богдановым, Дубко и товарищем Дэном, но остановились примерно в третьем вагоне. И лишь один встал у дверей, вид у него при этом был такой, будто он просто смотрит в окно. Богданова это немного позабавило, как если бы охранник готовился ловить иностранцев, если они решат по пути выпрыгнуть на ходу.

— А ваши коллеги? — спросил Дубко, кивая на охранника.

— Это не коллеги, это охрана, — Лян Дэн, кажется, даже обрадовался тому, что напарники «срисовали» охрану. — Я много слышал о вас. И рад, что слухи оправданны.

— Надеюсь, что только хорошее, — кивнул Богданов.

Кажется, игра, пусть пока еще и на чужом поле, началась.

На Даманском тем временем шли приготовления к отражению новой атаки.

Казалось, что где-то над островом тикают невидимые часы.

Рябов почти все время пропадал в наблюдении, Павленко — в кабинете фельдшера. Терко же решил «потолкаться среди народа», говоря проще — послушать, о чем говорят люди. Потому что на острове стало людно. Почти каждый день он переходил Уссури по льду на вторую заставу, чтобы проверить, как там идет подготовка, и послушать, о чем болтают. Болтали о многом. Но никто не боялся. И вот это было плохо. Потому что, если не боятся, значит, не верят в серьезную атаку и возможность прорыва китайских войск.