Книга Чудовище Темного леса, страница 27 – Юлия Пульс

Свободной рукой Сай почесал гриву и нахмурил морду, а Эгри оторвался от разодранного тела и облизнул красную от крови пасть. Чудная у нас троица, ничего не скажешь!

— Я подумал об этом, когда еще первого прикапывал. А теперь сомнений не осталось, — с размаху крепкой руки Сай пульнул голову в воздух, словно мячик, и она пролетела надо мной, плюхнулась в речку и поплыла по течению. — Вопрос в том: зачем?

О! Это очень хороший вопрос! Но как найти на него ответ?

— Может… — поднялась на ноги и отошла от воды. Что-то вдруг отпало желание резвиться в недрах речки. Мало ли что еще мимо проплывет. — Может он жалеет, что меня… — проговорила быстро, но фразу не закончила. Чудовище зарычало и схватилось за окровавленный меч.

— Жалеет, конечно, что не сжег тебя на площади и не насладился агонией своей зазнобы, — обхватил лезвие куском ткани и одним резким движением стер кровь с клинка. Тут же принялся за мечи врагов, очищая их таким же способом.

Я оторопела, осознавая, что нельзя было даже намеком озвучивать, что в Люцие осталось хоть что-то человеческое. А самое обидное, что Сай прав.

— Вот скажи, куда деваются сожженные на костре останки ведьм? — подошел к котомке, которую соорудил из плаща одного из псов. Аккуратно уложил оружие и принялся завязывать ткань крепкими узлами.

— Псы собирают их в мешок и уносят с площади, — однажды я лично это видела, но никогда не задавалась вопросом, что будет с костями дальше.

— Во-о-т! — поднял палец вверх под поскуливания Эгри. Волк нажрался людской плоти до отвала и растянулся на солнце пузом к лучикам.

— Что вот? Не понимаю, к чему ты клонишь, — подошла к животному и села рядом. Принялась чухать ненажорливое пузико.

— М-да, Синти, ведьма из тебя никакая, — оскалился и приблизился к обглоданным трупам. Ухватил руку одного и второго, поволок обоих по каменному берегу к реке. — Колдуны могут поклоняться светлым силам или темным. Инквизицией запрещена и та и другая, но разница все же есть. Для темных обрядов нужны жертвы, — отправил в плавание первого пса. — Ты никогда не задумывалась, как получилось так, что молодой довольно посредственный аристократ занял столь высокую должность и, по сути, завладел огромным городом? — и второго ногой с берега выпихнул, отдавая во власть реки. А я перестала чесать Эгри и крепко задумалась.

— Ты считаешь, что Люций колдун? — истерично хохотнула и стала судорожно прокручивать в памяти картины прошлого.

Сай зашел в воду по пояс и повернулся спиной к берегу. Наклонился, чтобы смыть с себя кровь, а у меня появилась возможность безнаказанно разглядывать полуобнаженное тело чудища. Какие уж тут картины прошлого, когда перед тобой мускулистый мужик плещется. Да так старательно себя трет, что хочется присоединиться. Что за насмешка судьбы? Кто приделал такому потрясающему телу столь страшную морду?

— Это многое бы объяснило, — еще и голос бархатисто-мягкий хоть и с рычащими нотками. А шелест реки стал для него красивым фоном и заворожил так, что в чувства меня привел холодный мокрый волчий нос. Эгри ткнулся в мою ладонь и требовательно рыкнул. Я кивнула и продолжила чесать его мохнатое пузо. — Как думаешь?

— Хочешь сказать, что инквизитор колдун и сжигает своих же? — это прозвучало так абсурдно, что я поежилась. — Никогда не замечала, чтобы он занимался колдовством. Никогда не находила странных вещей и не видела обрядов. Я знаю поместье, как свои пять пальцев. Все равно бы за столько лет заметила что-то странное. Нет, — замотала головой, вперившись взглядом в довольную мордашку волка. Даже не заметила, как Сай вышел из воды. Посмотрела на него, когда капли с мокрого тела меня оросили.