Книга Крылья мотылька, страница 46 – Юлия Пульс

— И в чем смысл? Угадать, кто есть кто?

— Это тоже, но не совсем. Смысл заключается в том, чтобы убить святого.

От слова «убить» меня передернуло. Нешуточное условие.

— А если никто не сможет его убить?

— Тогда конца света не будет. Если выживает святой и кто-то из грехов или только святой, мы заканчиваем игру и власть остается та же.

— А если убить всадника? — начала я рассуждать логически, чтобы вникнуть в суть дела.

— Тогда я распускаю командный состав и ищу игроков для новой игры.

— Были случаи?

— Да. Предстоит третья по счету игра.

— А что если так будет получаться всегда? — я пожала плечами.

— На все воля случая. Конец света опять перенесется на неизвестный срок. В первую игру я собирал игроков десять лет, — рассмеялся мужчина. — Но я верю в ваш состав. Личности крайне неординарные. Нам будет интересно наблюдать.

— Кому нам? — удивилась я.

Эрик посмотрел на небо, а потом на землю.

— Бог и дьявол?

Мужчина кивнул и я ухмыльнулась. Вторая тетя Эльза. Вот бред! И все одиннадцать человек в роще в это верят? Да Эрик же чокнутый!

— Есть еще вопросы?

— О! Масса! — я всплеснула руками. — Допустим, все это правда. Они затеяли игру. Но зачем? Не легче просто найти всадников и устроить конец света? К чему эта прелюдия?

— Все потому что они не могут договориться между собой. Бог не хочет лишиться тех, кто ему верен. Ему жаль отдавать их судьбы в другие руки, хотя мир и так тонет в грехах. Вот он и дает человечеству последний шанс.

— Но почему судьба человечества должна зависеть от одного святого? Всадников четверо. Как-то нечестно. Не находите?

— А где ты видела справедливость? Ее нет. Оппонент не пошел бы на другие условия, а спор и так затянулся на века. Вот я и предложил свою помощь. Право слово, мне самому надоело на это смотреть, — вздохнул мужчина.

— А кто вы? Ой, ты?

— По людским меркам я ангел. Мне имя Апокалипсис. Надоело сидеть без дела, вот я и решил ускорить процесс.

— Хм. Но я не хочу во всем этом участвовать, — заявила я.

— Ты не первая мне это говоришь. Но я не прошу тебя рисковать жизнью на игре просто так, по доброте душевной. Взамен я дам тебе то, что ты хочешь больше всего.

— Я уже ничего не хочу. Не знаю, твой Бог или дьявол у меня отняли все, что было дорого.

На глаза навернулись слезы. Глубоко плевать на их игры. Я больше никогда не буду по-настоящему счастливой.

Эрик закружился вокруг своей оси, как волчок, потирая карман брюк. Вскоре застыл на месте как вкопанный и уставился на меня.

— Предлагаю заключить договор.

Я нервно рассмеялась, потерла губы и запустила пальцы в волосы. Дурная привычка успокаивала. Наверное, со стороны я выглядела безумной, загоняя под ногти целую прядь волос.

— Подпись взамен на это…

Эрик указал пальцем в темноту. Я прищурилась. Фигуры двух людей приближались ко мне. Направив фонарик вперед, обомлела. Мама с папочкой держались за руки и улыбались. Я закрыла глаза ладонью, глубоко вздохнула и снова посмотрела перед собой. Никого.

Сердце заколотилось, когда я уловила в воздухе запах не любимых маминых духов, а ее настоящий. Сирень, переплетающаяся с папиным ароматом мяты.

Родители обняли меня сзади и из моих глаз полились слезы.

— Не плачь, — прошептал папочка, смахивая теплой рукой слезинки с моей щеки.