Книга В постели с волками, страница 8 – Юлия Пульс

И тут я поняла, что если не уйду прямо сейчас…

Встала, даже не скорчившись от боли, и сделала почти полноценные два шага вглубь дороги.

— Э! Куда?! Забухай с нами! Слышь!

Вот и все. Меня скосили не слова и даже не холод и голод, а боль. Стиснув зубы, чтобы ее вытерпеть, я сделала следующий шаг, но он не мог стать спасением. Разве хрупкая, побитая судьбой и машиной девушка может противостоять толпе хулиганов? Да! С револьвером за пазухой! Но такового, увы, в арсенале не нашлось. Даже перцовый баллончик, который недавно спас мне жизнь в подворотне, там и остался. Все, что у меня было — деньги! Чем не выход? А вдруг!

Эти засранцы так резко меня обступили, что в попытке сдвинуться с места, я снова подвернула несчастную правую ногу. Закричала от жутчайшей боли, упала и схватилась за голень, ощущая влагу на ладони. Из меня текла кровь и уносила из организма последние силы.

— У меня есть деньги. Берите и оставьте меня, пожалуйста, — вытащила дражайшей рукой сверток купюр, отдавая свой последний шанс на теплый ночлег.

Кто-то их выхватил, но толпа не рассосалась, а окружила со всех сторон и лучше бы я тут же потеряла сознание, чтобы не слышать насмешки над «швалью», которую можно здесь и сейчас поиметь! Они даже не догадывались, что собираются надругаться над беглой женой Ярцева — оборотня с такими возможностями, что никогда никому из них и не снились!

У меня не было ни выбора, ни единого шанса на спасение. От безысходности, просто свернулась калачиком, прикрыла лицо и смирилась с участью. Еще пару дней назад наверняка бы сопротивлялась до последнего! Но сегодня…

Сегодня я уже морально умирала. Осталось добить физически.

Почувствовала, как трещит ткань плотных джинс, как по швам расходится пуховик, и чьи-то холодные руки нагло добираются до моей груди. Смотрела в серую промозглость асфальта и даже не кричала. Не осталось сил! Совсем! Да и кого просить о помощи в этом проклятом городе?!

Гомон из матерных слов и похотливых шуточек вдруг заглушил визг юзающих по асфальту шин.

— Пошли вон, скоты! — услышала оглушительный мужской бас.

А потом какая-то возня, крики, мат, удары…

И тишина… Такая зыбучая и томная. При этом совсем не страшная, но отнять ладони от лица не решилась.

Когда почувствовала, как чьи-то руки бережно подняли меня с земли, почти бездыханная я посмотрела в глаза спасителя и увидела два цвета: зеленый и голубой.

— Извини, иначе не могу, — этот шепот шуршал в моих ушах даже тогда, когда почувствовала знакомый запах кожаного салона.

Оказавшись в тепле, прикрыла глаза, ощущая, как горит лицо с мороза. От пережитого стресса и нестерпимой боли я погрузилась в состояние на грани реальности и сна. Ничего не видела, кроме полумрака, зато хорошо слышала, что происходило в машине.

— Марта! Просыпайся! Нужна твоя помощь! Готовь постель! Да. В моем доме. Аптечку прихвати и не говори отцу. Сделай, что сказал! Да расскажу потом. Быстрее! Проснись уже!

Я даже не поняла, в какой момент отрубилась настолько, чтобы ничего не помнить. А вот пришла в себя где-то в тепле, явно на чистой и пахнущей порошком постели. Очнулась, но не подала вида, продолжая изображать из себя спящую. Для начала надо понять, кто меня окружает. Боли не чувствовала совсем и казалось, что в любой момент могу сорваться с места и убежать.