Книга В постели с волками, страница 12 – Юлия Пульс

Я сделала шаг вперед навстречу новому неизвестному пути и оказалась совершенно в другой реальности! Жизнь волков резервации кардинально отличалась от жизни оборотней в клане Ярцева, и это сразу бросилось в глаза. Здесь дети свободно бегали по территории, бросались снежками, скатывались с горок и лепили снеговиков. С ними с удовольствием играли взрослые. Повсюду восторженные вопли и смех. Атмосфера этих мест была пропитана дружбой и любовью, чего я никогда не ощущала у порога бывшего дома. Там даже дети ходили по струнке, и веселиться могли лишь в специально отведенных для этого «загонах». Страх! Вездесущий и неоспоримый! Вот что царило в клане моего мужа. Господи, и как я только сумела выжить в условиях, где даже дышать тяжело?!

Я шла медленно и аккуратно, пошатываясь, боясь упасть и еще больше повредить ногу. Скользкая заснеженная тропинка таила в себе опасность, а мерцание падающих с неба снежинок слепило. Максимально сконцентрированная я шла прямо, стараясь не отвлекаться на происходящее вокруг, но черное пятно, неумолимо приближающееся ко мне, заставило остановиться.

Глаза невольно округлились, когда в метре от меня забила копытом по снегу вороная лошадь, создавая вокруг себя настоящую пургу, а ее разноглазый всадник улыбался во весь рот.

Я замерла на месте в страхе, стараясь удержать равновесие. Лошадь сделала шаг вперед и паром задышала мне в лицо, на что Мирон погладил ее по лоснящейся гриве с красноватым отливом.

— Боже! — вырвалось произвольно.

Это животное парализовало меня окончательно. Я не знала, что дальше делать и как быть, ведь лошадь преградила своей тушей мне путь.

— Вишенка, знакомься, это Дина, — представил меня лошади Мирон, и это прозвучало настолько дико, что я на миг потеряла дар речи.

Где видано, чтобы животное знакомили с человеком, а не наоборот? Мне ничего не оставалось, как развести руками и недоуменно посмотреть оборотню в лицо.

— Погладь, не бойся, — прозвучал голос наездника, и лошадь облизала огромным языком свой огромный нос.

Не знаю из страха или из любопытства, но почему-то протянула дрожащую руку, на что животное склонилось и подставило свою морду так, что я ладонью ощутила гладкую теплую шерсть. Осмелела и с нежностью погладила Вишенку.

— Залезай, прокачу! — нарушил он эту странную сцену, и я отпрянула.

— С ума сошел?! Она ходить то нормально не может! — закричала Марта позади и вскоре поравнялась со мной, продолжая журить брата за безответственность, жестами прогоняя лошадь с дороги.

Я же, будто завороженная смотрела на животное, которое проявило ко мне нежность. Никогда раньше так близко не приходилось находиться с лошадьми. Грациозная и величественная она подчинялась только командам наездника, игнорируя гневные выпады Марты.

— Да иди уже отсюда! Дина уходит! Пропусти!

Но Мирон только потешался, сияя лучезарной улыбкой.

Волчица не выдержала, подхватила меня под руку и осторожно повела в обход тропинки по глубокому снегу.

— Не уходи, — узнала я мужской голос за спиной и заулыбалась, но продолжала идти, опираясь на сильное плечо девушки. А уже у массивных деревянных ворот я услышала:

— Останься, — прозвучало тихим эхом и заставило обернуться.

Я остановилась и посмотрела на всадника прощальным взглядом. Он махнул рукой, подзывая к себе. Странно! Почему я находилась в смятении? Почему всем нутром не хотела уходить в неизвестность снежного совершенно незнакомого города? Опасность? Она была повсюду! Она теперь всегда будет идти по моим пятам…