Онлайн книга «Императорский отбор, или Корона любой ценой»
|
— Не горюй, милая, все будет хорошо, – заметив, что его голос изменился и стал до боли родным, потянулась рукой к золотой маске. — Коронация еще не состоялась, но императорская корона на мне. Обязан ли куратор отныне подчиняться приказам новой императрицы Эллирии? – задрожала от жажды докопаться до правды и увидеть, наконец, кто все это время скрывался под проклятой маской. — Обязан, Ваше величество, – послышались ироничные и теплые нотки в голосе мужчины. — Тогда я приказываю тебе снять маску и назвать свое настоящее имя, – старалась произнести грозно, а получилось слишком мягко для правительницы. — Думаю, в представлении нуждаться не буду, – почувствовалась ухмылка в голосе куратора. Я отошла от него на шаг назад и горделиво вздернула подбородок. Морально была готова увидеть кого угодно! Хоть самого демона огненных врат. — Здравствуй, милая, – с этими словами куратор снял с лица маску, и я поняла, что не готова. Совершенно не готова посмотреть правде в глаза! Потому что она оказалась уж слишком суровой! Оторопела, на миг совершенно потеряла дар речи и пошатнулась, теряя почву под ногами. — Папа? – сказала глухо и едва не подавилась комом в горле. Слезы ручьями побежали по щекам. Я хватала ртом воздух, разглядывая родное лицо отца. Невольно рука потянулась к нему, но сразу отравленной плетью упала вдоль тела. Казалось, из меня выкачали последние силы. Может, я во сне? Может, все это неправда? Я давно мысленно его похоронила. Прошло столько времени! Как мы жили без него! Как голодали! Как выживали! Как рыдала несчастная мать и сестренки смотрели на меня голодными глазенками! А он… А он все это время… — Прости, дочь, я иначе не мог. Нельзя было показывать всем мое истинное лицо, нельзя было допустить, чтобы ты догадалась, кто скрывается под маской куратора. Совет четко следил за этим. Пришлось вводить тебя в заблуждение, когда ты подбиралась близко к истине. Прости меня, Шанни, доченька, – распахнул объятия и пустил скупую мужскую слезу. А меня аж передернуло от злости и обиды. Отошла еще на шаг назад. Оказалась совсем близко к мерцающей двери. Перестала чувствовать конечности. Даже губы превратились в бесчувственные ватные подушки. В голове все смешалось, эмоции выплескивались пульсацией в висках. — Я хотел как лучше. Когда пришло официальное письмо с предложением пройти проверку крови для кураторского отбора, я не думал, что мне сразу придется остаться в «Мираже Селекты». Не знал, что так долго продлиться отбор, что так сложно овладеть магией для реконструкции площадок. Но я точно знал, что когда все закончится, вернусь за вами, и тогда нам больше никогда не придется жить в нищете. Нам запретили связываться с семьями, но я всегда искал возможность узнать, как вы там живете. О малышках мне стало известно, когда было уже поздно, когда их уже забрали в приют. Совет ордена пошел мне на встречу, отыскал девочек, назначил им надежного опекуна. Он заботится о них по сей день и вернет в семью, как только я пришлю соответствующее письмо, – я смотрела на проседи его волос, заглядывала во влажные от слез серые глаза и испытывала слишком противоречивые чувства. Хотелось броситься на шею и обнять, он все же жив и здоров, а еще больше хотелось придушить отца за ту же шею! – Я не ожидал, что ты пройдешь проверку крови и будешь участвовать в отборе. Когда увидел тебя на жеребьевке, умолял магию камней, чтобы тебе не достался черный. Но она решила иначе, а ты не отказалась и подписала кровью нерушимый договор. Потом я старался сделать все, чтобы ты дошла до финала и до самого конца не догадалась, кто скрывается под маской куратора. Иначе… Совет выбил бы тебя из испытаний. Я всеми силами ограждал тебя от общения с мужской половиной участников, но в первое время пришлось передавать подсказки через внука императора. Я делал это, чтобы в случае прокола, совет поспособствовал уходу именно этого участника. Но все пошло не так. Вскоре я потерял над тобой контроль, а мальчишка влюбился. Пристал к тебе так, что я ничем отбить его не смог. Но последнее испытание ты прошла сама. Я волновался, но верил, что ты достойна короны, милая… |