Книга Гладь, страница 43 – Юлия Пульс

Кирилл повернулся во сне, и я увидела на его шее все тот же блестящий круг, но он не такой, как раньше. Сильно потускнел, и небольшой кусочек круга стал ярко-красным. Чтобы это могло значить?

— Пошли, я тебя провожу! – грубо распорядился Артем, распахивая дверь в спальню.

— Я останусь, – выплюнула я.

— Вожатые только что ушли, но они могут вернуться. Ты не должна здесь находиться. Пойми, Диана, твой мир – Гладь. В нашем тебе делать нечего. Хочешь стать Исполнителем, попроси своего знакомого главного Вожатого.

— С чего ты взял, что мы знакомы?

— Я не дурак. Ты запудрила голову Кириллу, а со мной этот номер не пройдет. Что за интриги ты плетешь?

— Ничего я не плету, – прошептала я, прижимая руку Кирилла к губам.

— Послушай, ты! – Артем схватил меня за шею и пронзил полным гнева взглядом. – Если с Кириллом что-то случиться по твоей вене, поверь, я первый уничтожу тебя, так, что ты никогда не сможешь вернуться ни на Землю, ни на Гладь!

Если бы я могла плакать, то тут же расплакалась. Не от страха, который мне пытался внушить Артем, а оттого, что из-за меня может быть плохо Кириллу.

Я резко отбросила руку Артема в сторону и пулей вылетела из комнаты. По пути к выходу нечаянно задела плечом Диму.

— Эй, ты не останешься? – удивился он.

— Нет, Вожатые должны прийти, – ответила я на ходу, и он побежал за мной.

— Вожатые больше не придут. Они достаточно наказали Кирилла за озеро. Когда небо опять станет красным, он еще получит за потерянную в туннеле душу, – оптимистично объяснил Дима и я остановилась у лестницы.

— Что они сделали с ним?

— Да так, немного пошлепали по попке. Плеткой. Боль, наверное, жуткая. Я никогда такого не испытывал, но Кирилл держался молодцом.

— Да кто они такие?! Какое право имеют избивать Исполнителей?! – возмутилась я. Зла на них не хватает. Кто придумал эти жестокие правила? Неужели нельзя оставить людей в покое хотя бы после смерти?!

— Они считают, что по-другому человек не понимает. Может, они и правы. Тебя проводить вниз? – дружелюбно предложил он.

— Нет, спасибо, я сама.

Я натянула улыбку и спустилась на Гладь. Подошла к своему дереву, не обращая внимания на остальных. По пути меня останавливала Лиза и пыталась заговорить, но мне настолько не хотелось ни с кем разговаривать, что я отшила ее в довольно грубой форме.

Глава 12

Опять неизвестный художник решил сменить надоедливые декорации. Постепенно добавлял синие краски. Небо менялось с ярко-красного на нежно-фиолетовый. Цвет забвения. Мягкий и нежный, словно прикосновение руки матери. Казалось, что забота обволакивает настрадавшееся тело. Я скучала по ласке родителей. Уголок, маленький мир, в который можно прийти с любыми проблемами разрушился. Я хотела ощутить тепло и поддержку близких, но осталась одна. Мертвая душа. Забытая. Бестелесная. Меня не существовало в реальной жизни, но нить привязанности не рвалась. Я не хотела ее рвать.

Закрыла глаза и потерялась в себе, не обращая внимания на внешние раздражители, один из которых звали Лиза.

Сразу вспомнились первые моменты пребывания на Глади. Такое же фиолетовое небо…

Тогда Гладь казалась раем, но и в раю есть свои правила, законы и приговоры. Видимо, без этого человек не может культурно сосуществовать друг с другом. Обидно, что в этом странном спектакле Максиму досталась роль палача, а я в массовке и поэтому никак не могу повлиять на исход пьесы, хотя попытаться стоит. Я улыбнулась самой себе и вновь мысленно отправилась в нирвану.