Книга Невольная истинная, страница 40 – Юлия Пульс, Диана Билык

— Я нашел способ, как избавиться от меток, — говорил, будто в тумане, каким-то не своим голосом. Неимоверным усилием воли заставил себя оторвать от ее кожи руку и приступить к завязкам. Пальцы дрожали, но я упорно затягивал белые ленты. — Но ты нужна мне для испытаний. Прости… нам придется встречаться в лаборатории, — завязал бантик и не удержался, опустил ладони на тонкую талию, легонько сжал ткань синего платья.

По телу Мериди пробежала крупная дрожь, она шумно выдохнула и отступила вперед, лишая меня своего тепла.

— Ничего, что придется, — холодно ответила она, поворачиваясь ко мне лицом. — Я потерплю.

Я коротко кивнул и заглянул в ее глубокие как штормовое море глаза.

— Можем начать сейчас, — сжало тисками горло, будто лозы метки душили, запрещая говорить эти слова.

Она сдержанно кивнула и ушла в детскую.

— Девочки, ведите себя хорошо, чтобы нянечки не жаловались на вас. — Мери тепло заулыбалась, когда сестренки подбежали к ней и стройно закивали. Она обняла их, поцеловала каждую в носик. — Мне нужно ненадолго уйти. Не шалите сильно, а то развалите графу замок, он будет недоволен и выгонит нас.

Малышки вскинули на меня настороженные взгляды. Но тут же заулыбались игриво.

— Ты ведь шутишь, Ридди⁈

— Шучу… — вздохнула Мери и отступила, — но слушаться все равно надо.

— Все будет хорошо, — Лира притянула к себе младшую. — Иди. Возвращайся поскорее.

— Почему Ридди? — спросил я, как только мы вышли в коридор.

— Лире было сложно с длинными словами, она все сокращала в детстве, так и прицепилось. Это еще «р» появилась, раньше была просто «Идди».

Она поджала губы, будто совсем не хотела делиться личным, уронила взгляд в пол и пошла дальше, словно побитая собака.

— Хорошие они у тебя, — показал я Мери жестом вправо. К другой лестнице.

— Лучшие, — она глянула на меня не моргая и понизила голос: — Я за них легко убью. Только посмей что-то с ними сделать.

— Не мели чушь, — отмахнулся от ее глупости. — Я никогда не обижу ребенка.

Двинулись мы по узкой лестнице, что вела в подземелье замка.

— Так же не обидишь, как «я не насильник»! — она прикусила губу, что задергалась от эмоций. Задышала глубоко. Медленно по слогам проговорила: — Ты — обманщик, и я тебе не верю. Надеюсь, что получится отвязать эту нелепую связь, потому что я больше не могу видеть твое лицо. — Мери пошла вперед, но слегка перестаралась со скоростью и, перецепившись, едва не упала лицом вниз.

Я машинально подхватил ее за талию и, развернув, прижал к себе. Утонул в красивых глазах.

— Я жалею об этом скверном поступке, Мери. Прости, если сможешь. Позволь мне все исправить и вернуть тебе свободу, — шептал, а внутри все переворачивалось, тянуло к ее губам до одурения.

Она оттолкнулась бесполезно и, вскинув стеклянные от слез глаза, еле слышно прошептала:

— Отпусти…

— Не могу, — казалось, я потерял власть над телом. Руки сами сомкнулись железными оковами на ее талии. Магия потекла по венам. Не стихийная, другая. Она вызывала дикое возбуждение, толкала к истинной, заставляла целовать. — Это невыносимо, Мери, — впервые в жизни меня продрало до костей таким мощным первобытным страхом. Потому что осознал, контроль полностью потерян!

Мои губы коснулись ее губ, и пространство вокруг заискрило золотистыми магическими всполохами.