Книга Золушка для Короля, страница 32 – Зоя Берг

Он наклоняется… Я уже делаю шаг, чтобы… чтобы что, кстати? Оттолкнуть? Не дать ему поцеловать?

Но мое пьяное вмешательство не требуется. Папашка целует ее – да. Но не в губы. В лоб. Вот же клоун!

А она кивает, улыбается и закрывает дверь.

Ну что же. Теперь мой выход!

Я жду пока шаги отца не затихнут за поворотом тропинки. Три прыжка и я у ее двери.

Стучу.

— Кто там? - ее голос - настороженный, но не испуганный.

— Лан...

— А. Это ты. Уходи.

— Открой…

— Я сказала - уходи.

Молчу. Стою. Сжимаю кулаки.

— Лана?

В ответ тишина. Я сажусь спиной к двери. Поднимаю глаза к небу. Там звезды. Они далекие и холодные. Такие же холодные как… как этот чертов камень, на который я уселся.

Ну и пусть! Буду сидеть тут и… и кстати что?

— Лан? – шепчу я. – Я чувствую, что ты не ушла, что ты тут. Думаешь дверь мне может помешать? Да я мог бы вышибить одним ударом плеча. Открой, а? Я хочу тебя увидеть.

Я произношу это все, слыша в своем голосе мольбу.

Докатился блин, умоляю телку! Я хмыкаю и встаю. Да хрен с тобой в самом деле!

Но тут замок щелкает. Дверь приоткрывается.

— Егор, иди спать.

— Можно я зайду?

— Зачем?

— Я хочу поговорить.

— Ты уже все сказал. Или, вернее, не сказал. Так что иди к черту.

— Ты думаешь, я хотел тебя обмануть?

— А как еще это назвать?

— Я хотел… понять. Понять, кто ты. Понять за что он тебя выбрал.

Она молчит. Глаза - огромные, темные от ночи и чего-то большего.

— Прости меня, - говорю тихо. – Я… я мудак. Но я… я правда… я раньше… с другими… никогда… а к тебе, - я теряюсь. Может быть впервые в жизни теряюсь перед телкой! И замолкаю.

И тут она делает шаг назад и распахивает дверь.

Я вхожу.

И тут же прижимаю ее к стене.

Целую. Жестко. Отчаянно. Как будто в этом поцелуе - все, что у меня осталось.

Она сопротивляется. Толкает меня в грудь. Но я не отпускаю. Целую ее шею, ухо, снова губы. И тогда… она вздрагивает. И целует в ответ.

Не нежно. Не покорно. А яростно. Как будто тоже ненавидит себя за то, что не может остановиться.

— Ты… сволочь… - шепчет она, но руки уже обвивают мою шею.

— Да, - выдыхаю я. - Но твоя. Твоя сволочь.

Она отстраняется. А потом кивает, прижимается и опускает голову мне на плечо

А я… Я беру ее на руки. Легкую, невесомую, нежную крошку. Моя крошку. Мою девочку. И несу ее в спальню. Туда где стоит огромная резная кровать с кучей мягких подушек.

Я опускаю ее на это королевское ложе. Смотрю в глаза. В них - страх. Желание. Смятение. И что-то еще… что-то, похожее на надежду.

— Мы оба знаем, что это неправильно, - шепчет она.

— Зато честно, - отвечаю я. - Впервые за все это время - честно.

И целую ее снова…

Мы возвращаемся с пляжа втроем: я, Настя и Егор, который идет немного отставая от нас.

Настя болтает без умолку - что-то про звезды, океан и «энергетику заката». Егор молчит, но его взгляд то и дело цепляется за меня. Я чувствую это кожей - тяжесть, напряжение, жар. Но я не смотрю на него. Не хочу. Не должна.

Мы подходим к бунгало. Настя машет рукой и исчезает в своем домике.

А я почти бегу к своему. Гадая, будет ли он меня догонять, остановит ли, скажет ли что-то в след. Еще пару шагов и…

И тут я вижу его - Олега Николаевича. Он идет сюда, ко мне. С бутылкой вина в руках. В белой рубашке с закатанными рукавами, в джинсах и кедах. Спокойный. Уверенный. Красивый.