Книга Изменить 6-го, страница 24 – Хлоя Уолш

— Да, — еле слышно ответила Моллой. — Кейти мне сказала.

— Значит, все хорошо? — прощупывал я почву. — Ты на меня не сердишься?

— Нет, не хорошо, — дрожащим голосом откликнулась она. — Я уже забыла, когда мне было хорошо. — Моллой подняла голову: слезы в ее глазах ранили, словно острый нож. — Зато тебе, похоже, совсем неплохо. Ну хоть кто-то из нас не парится из-за расставания.

— Ты прикалываешься? — Ее слова ударили наотмашь, и я невольно попятился. — По-твоему, мне не больно?

— Откуда мне знать, какие чувства ты испытываешь?

— Любовь. К тебе.

— Не надо...

— Ничего не изменилось, — перебил я в надежде достучаться до нее. — Ничего.

— Не могу, — всхлипнула она. — Не могу больше.

— Чего ты не можешь? — испугался я. — Разговаривать со мной?

— Быть рядом и не быть с тобой. — Моллой страдальчески провела ладонью по лбу. — Это невыносимо. Слишком тяжело. — Покачав головой, она двинулась прочь. — Не могу.

— Ифа. — Охваченный страхом пополам с угрызениями совести, я смотрел ей вслед. — Я пытаюсь тебя защитить.

— Нет! — Моллой круто развернулась и шагнула ко мне с перекошенным от ярости лицом. — Нет, — повторила она сквозь зубы. — Ничего ты не пытаешься, Джоуи. Бросить меня, разбить мне сердце не равно защитить, черт бы тебя подрал! — Она сморгнула набежавшие слезы и свирепо уставилась на меня. — С любимым человеком так не поступают! Значит, ты никогда не любил меня так сильно, как я тебя.

— Никогда не любил? — На мгновение я лишился дара речи. — Издеваешься? Ты единственная, кого я любил и люблю.

— Нет! — отрезала Моллой. — Не прокатит. У тебя не прокатит снова меня растоптать. — (Я метнулся было к ней, но получил толчок в грудь.) — Не прокатит снова заморочить мне голову, а потом разбить сердце! — Она сдавленно всхлипнула, когда мои пальцы коснулись ее щеки. — Ты меня не любишь, Джо. — Опустив ресницы, она подалась вперед, потерлась щекой о мою руку. — Ты вообще не умеешь любить.

— Может, получается у меня паршиво, — выдавил я, пока сердце обливалось кровью. — Но я тебя люблю.

— Ты сволочь.

— Знаю.

— Я так больше не могу.

— Знаю.

— Перестань. — Моллой с содроганием отпрянула. — Я больше не выдержу. — Она развернулась на умопомрачительно высоких каблуках и поспешила обратно в дом, бросив через плечо: — Слишком больно.

По-хорошему, стоило валить куда подальше, уносить ноги, пока не поздно, но вышло наоборот.

Как и полагается больному на голову мазохисту, я поплелся за ней, хотя понимал: Моллой не из тех, кто сдается без боя.

Она наверняка попытается отомстить мне за то, что не сумела добиться, чего хотела и чего, по иронии судьбы, хотел я сам.

Вот дерьмо.

8

НЕ ЗЛИСЬ, ОТОМСТИ

ИФА

Несколько порций текилы — и я почувствовала, как легкое опьянение грозит обернуться нешуточной интоксикацией.

На пару с Кейти, вернувшейся после проводов нашей общей подруги, я отплясывала на импровизированном танцполе в компании «Кена» и «Эммы Бантон» и старательно игнорила придурка, который вместе с дружками раскумаривался на кухне.

Завязал он, как же.

Козлина.

— Гибс, Хьюи тебе шею свернет. Не боишься? — Голос Кейти вернул меня к реальности, где Гибси Гибберсон, или как его там, успел раздеться до трусов под «Barbie Girl» группы Aqua.

Окончательно распоясавшись, Гибси закинул партнершу на плечо и принялся барабанить по ее ягодицам.