Книга Удержать 13-го, страница 242 – Хлоя Уолш

— Да кем ты себя возомнил, ты, сопливое дерьмо? – заорал мой отец, сплевывая кровь. – Наглый придурок из частной школы, вот ты кто!

— Я тебе скажу, кто я, – сообщил Джонни, разъяренный до предела; он все так же прижимал моего отца к машине. – Я тот, кто пытается исправить то, что ты с ней сделал. Ты изуродовал своих детей, и тебе просто плевать. Ты, на хер, больной мудила и заслуживаешь того, чтобы с тобой обращались как с собакой!

— Пожалуйста, не надо! – Я в ужасе застыла у капота, слишком боясь подойти ближе. – Джонни… – Я всхлипывала, слезы катились по лицу. – Пожалуйста, просто уйдем!

— Вернись в машину, Шаннон! – приказал Джонни.

Отец повернулся в мою сторону:

— Шаннон…

Слабея, я попятилась, тряся головой, как будто так могла помешать ему говорить со мной.

— Не смей даже смотреть на нее! – ревел Джонни, снова ударяя моего отца. – Не смей смотреть на нее своими мерзкими глазами!

— Джонни, друг… – окликнул его Гибси, подбегая. – Тебе нужно уйти…

— Отвали, Гибс! – рявкнул Джонни. – Я еще не закончил!

Вскинув руки, Гибси кивнул и попятился.

— Давай, ударь меня, ты, грязный трус! – рычал Джонни. – Ты так легко поднимал руку на свою дочь, но попробуй ударить меня! Давай, громила, ударь меня! И посмотрим, где ты окажешься!

— Убирайся, пока я не вызвал копов, – заорал мой отец. – Ты просто наглый щенок!

— И что ты им скажешь? – Джонни рассмеялся ему в лицо. – Ты не можешь меня тронуть, гад! – Он снова толкнул моего отца. – Это все твои мелкие манипуляции? Чтобы забраться ей в голову? Со мной не выйдет! – Он тряхнул головой и злобно произнес: – Я пуленепробиваемый, сука!

— Джонни… – прохрипела я. – Пожалуйста, просто отвези меня домой…

Джонни содрогнулся, из его горла вырвался яростный рев.

— Вот как все будет, – прошипел он, отпуская рубашку моего отца. – Ты сядешь в машину и свалишь подальше отсюда. Будешь подчиняться запретительному ордеру и оставишь ее в покое! Будешь держаться очень далеко от дома своей дочери и делать вид, что тебя не существует, а я продолжу исправлять то, что ты с ней сотворил. А если ты еще когда-нибудь к ней прикоснешься, я об этом узнаю. Один хренов синяк – и я его увижу, я буду знать, кто это сделал. – Джонни оскалился, тяжело дыша. – И когда я тебя найду, то сам Господь Бог тебя не спасет. – Он еще раз толкнул отца. – Мы поняли друг друга, ты, говно токсичное?

Отец ничего не ответил, и на мгновение я испугалась, что Джонни не отойдет от него, но он отошел. Резко развернулся, приблизился ко мне и протянул руки.

Шагнув вперед, я собралась и вложила руки в его ладони, чувствуя данное им обещание всем телом, когда он обнял меня. Его объятия успокаивали что-то глубоко внутри, отгоняли ужас, захвативший меня в тот момент, когда я обнаружила присутствие отца.

— Я знал, что был прав насчет тебя, девка! – злобно крикнул папа, прищурив на меня карие глаза. – Ты не моя дочь!

— Она твоя дочь, больной ты урод! – Отпустив меня, Джонни развернулся и широким шагом вернулся к машине оцта. – Но ты никакой не отец, – рявкнул он, в последний раз безжалостно ударив его в челюсть и сбив с ног. – Посмотри на это дерьмо, – потребовал Джонни, свирепо глядя в окно на незнакомку, которая визжала в машине. – Он избивает женщин и детей, так что лучше бы тебе сбежать, пока еще можешь.